Клейн Моретти, ныне восседающий на троне «Шута» в серо-белой мгле древнего дворца, балансирует на грани, где кончается человек и начинается божество. Его силуэт то облекается в чёрную мантию с капюшоном, из-под которого выплёскиваются щупальца, то вновь обретает плоть юноши, устало массирующего виски. Пробуждение воли «Небесного Достопочтенного» ударило сокрушительнее прогнозов: лишь поглощение характеристики Заратула и запуск Его остаточного ментального отпечатка в качестве противовеса выкроили драгоценные секунды, чтобы удержать тварь в спячке. Рассудок Клейна нынче барахтается в шатком состоянии, удерживаемый лишь переваренным эликсиром «Чудотворца» и свежей порцией «Слуги Тайн».

Амон, узурпировав ритуал мистера «Дверь», вскарабкался на престол нулевой Последовательности Пути «Дверь» и обернулся истинным «Звёздным Ключом». Отныне Он — самый кровный, заклятый и пугающе могущественный враг. Клейн лихорадочно ищет путь к финальному возвышению: ритуал «Шута» требует одурачить время, историю или судьбу. Проекция «Богини Вечной Ночи» раскрывает ему жуткий алгоритм пращура рода Антигонов — подмену судьбы через украденную личину, рискованный до предела, где промедление на секунду оборачивается безумием. Клейн вынашивает дерзкий план: усыпить Антигона водами «Реки Вечной Тьмы», умыкнуть Его судьбу и скрыться за чужой личиной, чтобы взвалить рок безумия на плечи древнего бога, а самому выйти невредимым....