…Я все еще был глубоко в ее тугой попке. Презерватив был заполнен, член пульсировал внутри нее, а она дрожала всем телом, всхлипывая и сжимаясь вокруг меня.
Ее ягодицы, покрытые красивыми розовыми полосами от плетки, горели под моими ладонями. Я медленно вышел, придерживая Лили за бедра, чтобы она не упала. Стянул презерватив, завязал и бросил в корзину у стены.
Лили едва стояла. Ноги подкашивались, колени дрожали. Я быстро расстегнул последние ремни на ее запястьях.
Она упала мне на грудь, такая мягкая, горячая, тяжелая. Сто килограмм чистой женской плоти — и ни грамма желания прятаться.
Я подхватил ее на руки, как будто она ничего не весила. Она обхватила меня за шею, уткнулась лицом в плечо и тихо застонала.
— Алекс… я не могу… ноги…
— Я знаю, — прошептал ей в волосы. — Я тебя держу.
Отнес к широкой кровати в углу комнаты, роскошной, с темно-бордовым бельем и тяжелыми подушками. Положил ее на спину. Она тут же потянулась ко мне, но я покачал головой.
— Лежи. Сейчас я разденусь.
Снял рубашку, брюки, белье. Все. Хотел, чтобы она видела меня полностью, таким, какой я есть.
Твердый, возбужденный, с венами, вздувшимися на члене. Лили смотрела на меня снизу вверх, глаза за маской блестели. Губы были приоткрыты, грудь тяжело вздымалась.
Я лег сверху, накрыл ее своим телом. Медленно и горячо, оставляя следы зубов, поцеловал ее. Она выгнулась, застонала.
Я спустился ниже, взял в рот тяжелый сосок, сильно пососал, потом прикусил. Лили вскрикнула, пальцы вцепились мне в волосы.
— Боже… Алекс… да…
Я не торопился. Целовал, кусал, мял ее полную грудь, живот, бедра. Хотел запомнить каждую складочку, каждую мягкую линию.
Она горела в моих руках. Кричала, стонала, извивалась. Спустился еще ниже, поцеловал живот, стянул с нее мини-юбку, которая задралась до талии, одним рывком рваные колготки и трусики, провел языком по внутренней стороне бедра, она была невероятно мокрой.
Но мне хотелось еще глубже. Еще жестче.
Встал с кровати, взял ее за лодыжки и закинул ноги себе на плечи. Она оказалась в позе, когда попка и киска были полностью открыты передо мной. Член стоял как камень. Я провел головкой по ее мокрым половым губам, дразня, и одним мощным толчком вошел в киску по самые яйца.
— А-а-а! Боже мой! — закричала она.
Начал трахать ее сильно и яростно. Каждый толчок заставлял ее большую грудь колыхаться. Я держал ее ноги на своих плечах, сжимал бедра, смотрел, как ее тело принимает меня. Как киска обхватывает мой толстый ствол, как она течет, как стонет.
— Ты моя, — рычал, ускоряясь. — Чувствуешь? Каждый сантиметр. Каждый толчок. Ты кончишь еще раз. Сейчас.