— Ты сказал, что нам нужно место, где Император получил свои силы, — кивнул Рубан. — А Мемориал находится прямо на месте тех траншей, где…

— Да нет же, — морщась от того, что сам сообразил это слишком поздно, пояснил я. — Император получил свои силы не там, совершенно не там! К моменту, когда битва дошла до этих траншей, Люций уже добрые сутки гнил в куче трупов на передовой.

Рубан поглядел на меня странным взглядом, словно пытаясь понять, не свихнулся ли я от перенапряжения.

— Это он тебе сам сказал? — даже шёпотом его голос не терял ехидства.

Я поглядел на труп Люция, лежащий на траве.

— Что? — я быстро перевел взгляд на пустое лицо Императора. Нет… Почти.

…самым сложным было определиться с направлением. Пересказав Рубану «лекцию по истории» от Мадлен Дюбуа, я предположил, что два дня уходить вглубь не придётся.

— В конце концов, — заметил я, — шла война. Всё было перерыто — окопы, траншеи, дыры от разрывов. Прибавь сюда заграждения, минные поля, да и попросту врагов вперемешку с разбросанными повсюду телами — и получится, что путь, занявший у Императора с командой полтора-два дня, сейчас уложится в куда меньший срок.

— Возможно, — кивнул Рубан. — Но мы всё ещё не знаем, куда идти. И это вообще при условии, что Дюбуа не солгала тебе насчёт всего этого.

Я пожал плечами.

— Может, и солгала — охотно поверю в это, со старухи станется. Но если я что-то и понял про Императора, так это то, что он никогда не стал бы ставить огромный, пафосный памятник на том месте, где он чуть не захлебнулся в крови своих врагов и друзей.

Рубан молча кивнул, признавая мою правоту.

— Если я правильно помню школьные карты и уроки истории, — заметил он, — то битва двигалась оттуда. В ту сторону и пойдём.

Я принялся снова взваливать труп себе на спину.

— Плюс, — продолжал Рубан, — в том, что мы пойдём в противоположную от патрулей сторону. Минус в том…

— Знаю, — страдальчески сморщился я. — Идти придётся всю ночь.

— И это в лучшем случае, — согласился Рубан. — Плюс, поиски нужного места — а это, считай, иголка в стоге сена. Надейся, что оно хоть как-то отмечено, иначе шансов у нас нет.

— Отмечено, — выдохнул я. — Уверен, что отмечено, Император бы не оставил такое важное место… просто так.

Оставалось лишь настроиться на долгую ходьбу с грузом. Усохший за годы Император был значительно легче среднего взрослого мужчины, но всё же и не невесомым. А ведь если бы я сообразил насчёт места сразу — не пришлось бы бросать машину!..

Впрочем, долго горевать по этому поводу мне не пришлось. Ведь совсем скоро мы вышли к кладбищу.