— Говори. Только тихо.

— Мы вообще в нужную сторону идём? — мне совершенно не улыбалось оббегать весь лес с такой ношей, а потом ещё дополнительно шагать до мемориала.

— Нет, — пожал плечами Рубан.

— Тогда…

— Мы просто уходим. Задержимся — попадёмся, бросим тело — потеряем его насовсем. А это, как я понял, твой последний шанс.

— Не мой! — неожиданно вспылил я. — Совершенно не мой! Я буду как раз единственным, кто выживет в вашей столице, если всё сорвётся! И, знаешь, как бы мне ни хотелось жить дальше без такой ноши — если всё будет настолько сложно…

— Тише, я сказал! — Рубан сделал страшные глаза. — Я тебя понимаю, Ротт. И поверь, если бы дело ограничивалось одним тобой — давно бы уже умотал куда подальше. Но и ты пойми: лес буквально нашпигован людьми. Они даже не прочёсывают его: они просто сидят тут повсюду, как сардины в банке, и ждут!

Я пожал плечами.

— Тогда мы можем плутать тут всю ночь и дальше, но так никуда и не выйдем.

Рубан молчал. Он понимал, что я прав, но, кажется, встречных предложений у него не было. Я тоже молчал, пытаясь отдышаться и временно сгрузив с себя тело. Наконец, Рубан заговорил:

— Да, ты прав. Если их столько уже здесь — то сколько же их будет на месте, у мемориала? Вся армия Империи?

— Бесполезно, да? — я поглядел на него.

— Совершенно, — кивнул Рубан. — Видимо, лучшее, что мы можем сейчас сделать — это бросить труп здесь, чтобы не мешал, и попытаться удрать отсюда подальше, а потом посадить тебя на самолёт… ну, скажем, до полюса. Северного или южного — решай сам.

Ну, да, небывалая щедрость.

— Там ты стрельнешь в себя — и обратно на самолёте…

— Это вряд ли, — хмыкнул я. — Обгорелые обломки не летают.

Рубан покачал головой.

— Значит, пешком. Похер, это проблема номер два, решим, когда выберемся отсюда. Главное — к Мемориалу Вечной Славы нам не попасть…

Мои глаза внезапно расширились.

— Стоп, — заметил я. — А кто сказал, что нам к нему нужно?

— Ты сказал, — резонно возразил Рубан.

— Я сказал, да, — я лихорадочно припоминал, какими именно словами старуха говорила о необходимых условиях. Воссоздать всё как в тот раз, значит?

История, которую я знал из уроков, фильмов и прочего, гласила, что Император получил свои силы во время Кайзербергской бойни, увидев, как гибнут его товарищи. «В последнее мгновение, когда надежды, казалось бы, уже не оставалось…» и прочее.

Патриотическая хрень, в которую никто не верил. А тем более — я, после того, как выслушал подробный рассказ о том, как это было на самом деле.

Мемориал был расположен на том месте, где Кайзербергская бойня завершилась. Но Люций-то получил свои силы не там! Дюбуа говорила, что он был брошен в кучу трупов, а до того места потом долго добирался…