что в коробке, больше не он. И она не хочет помнить Ырка таким. Не живым. Старик Ветошь бережно подталкивает девочку: – В конце любого пути лишь вечность. А что есть океан, если не жидкое время? Но выпустить из рук коробку так непросто. Ведь тогда у неё не останется ничего. Только пустота. – Океан заберёт его, – успокаивает старик. – Время заберёт. Всё, что было и что будет. И хорошее, но и плохое. Эша ставит коробку на промёрзший песок, который больше похож на битое стекло. В него не хочется запускать пальцы ног. Хорошо, что Ырх замотан в платок и спрятан в коробку. Хорошо, что он не чувствует, как сегодня холодно. – Пойдём, – старик протягивает узловатую руку девочке. – Дальше Ырк должен отправиться один. – Океан лишь жидкое время, – повторила Ашри. Скинув ботинки, элвинг села на самый край бассейна и свесила ноги. Пустота обжигала пятки, и на мгновение показалось, что вот сейчас их коснётся холодная вода. Но нет. Ашри вглядывалась в лица морвингов, рассматривала их гибкие сильные тела. Мифические представители древней расы, аллати, оставившие землю и построившие цивилизацию во тьме глубин. Чем их мир отличался от Бездны? Чем они отличались от духов, парящих и существующих сразу в трёх измерениях. Подобно птицам. А что если им была подвластна четвёртая сила – время? Всё, что было и что будет. Синий Азур есть Материя, а красный Варме – Время. Если она соединяет пламя внутри себя, то сможет заставить его течь раздельно. И, может, тогда увидит вход в тайную комнату. Ашри сняла перчатки и закатала рукава. Достав нож, элвинг закусила губу и рассекла тонкими линиями охранные браслеты. Она закрыла глаза и упёрлась ладонями о холодный камень. По коже ползла обжигающая струйка крови, как ручеёк, что ищет море. Элвинг представила шум океана, его силу. Как он нёс «Чёрного Дракона» на закат. Как она чувствовала свободу, подставив лицо ветру. Как чувствовала соль на губах. Овару жидким азуром бережно окутывал брюхо «Чёрного Дракона», выточенное из силурийских великаньих деревьев. Подхватывал корабль в свои ладони и нёс туда, где таяло солнце. Ашри прищурилась и посмотрела на кровавое Око, расплавленное в море. Азур огибал Варме, материя и время сближались, но не смешивались. «Чёрный Дракон» пел, радуясь свободе, а Пепельная Птичка вспорхнула и поднялась так высоко, что смотрела на мир с высоты, доступной лишь звёздам. Оттуда она видела, что у океана, как у времени, нет начала и конца, но и время без материи есть ничто. Только вместе они порождают течение жизни. Ашри