Ее привычки, страхи, мечты? От этой мысли голова шла кругом. — Как такое возможно⁈ — замотал головой Демид. Он чувствовал, что окончательно теряет связь с реальностью, поддаваясь очарованию момента. Разум отчаянно сопротивлялся, твердя, что все это лишь игра. — Впрочем, неважно, я готов поверить твоим словам… Хочу верить… Эти слова, слетевшие с губ словно помимо воли, окончательно сломили его сопротивление. Демид вдруг понял, что действительно готов поверить во все это. Лишь бы продлить это мгновение, лишь бы и дальше смотреть в эти родные глаза, слышать этот чарующий голос… В итоге контр-адмирал Зубов провел в корпорации, вернее в кабинете Густава Адольфовича Гинце часов шесть, которые пролетели для нашего героя как одно мгновение. Все это время он говорил с Тисой, то и дело прикасаясь к ней — то поправляя выбившийся локон, то дотрагиваясь до руки. И с каждым часом, с каждым словом все больше проникался мыслью, что перед ним — настоящая Таисия. Они говорили обо всем — о прошлом и настоящем, о войне и мире, о людях и машинах. Демид с упоением делился с Тисой своими радостями и печалями, планами на будущее и сомнениями. А она внимала ему с искренним интересом, то и дело вставляя меткие замечания и давая дельные советы. Казалось, за эти несколько часов они сблизились больше, чем за все годы знакомства с настоящей Таисией… …– Господин директор, от лица адмирала-регента я благодарю вас за проделанную работу, — наконец, собравшийся покинуть комплекс Демид Александрович кивнул на стоящую рядом девушку-андроида. Он не мог оторвать глаз от Тисы, впитывая каждую черточку ее прекрасного лица, каждый изгиб точеной фигуры. — Перед нами действительно настоящий шедевр отечественной инженерной мысли. Я забираю Тису на «Громобой». Вы были абсолютно правы, когда уверяли меня в том, что даже она одна, находясь вблизи адмирала Самсонова, будет ему надежной охраной… Зубов перевел взгляд на профессора и сжал его руку в крепком рукопожатии. В этом жесте читалась не только благодарность, но и уважение, граничащее с восхищением. За короткое время знакомства контр-адмирал успел проникнуться талантом и дальновидностью Гинце, разглядеть в нем гения, способного изменить ход истории. — Я же в свою очередь замолвлю за вас и вашу компанию слово перед Иваном Федоровичем… — добавил Демид многозначительно. — Будьте уверены, адмирал-регент по достоинству оценит ваши достижения. И я лично прослежу, чтобы вы получили все необходимое для дальнейших исследований. В голосе Зубова прозвучали стальные