Кронштадта, — сказал Винсент Моро, подойдя к иллюминаторной панораме и глядя в черное пространство, расцвеченное далекими звездами. — Девица, конечно, начала отрицать какие-либо чувства, оставшиеся у нее к контр-адмиралу Василькову, но делала это наигранно, и невооруженным глазом было видно, что Доминика Кантор в этот момент неискренна… — Ты все сделал правильно, мой друг, — еще раз похвалил своего старшего помощника Демид Зубов, подходя и хлопая того по плечу. Вибрация двигателей линкора едва ощущалась сквозь палубу — лучшие инженеры Империи поработали над системой гашения колебаний так, что даже при полной мощности корабль внутри казался недвижимым, словно планетарный бункер. — И в очередной раз доказал, что недаром я взял тебя на службу к себе. Самое главное, что ты вернул мне «Москву» — лучший линкор современности, и на нем теперь нас не догонит и не победит ни один из наших врагов… — Спасибо за добрые слова, господин контр-адмирал, но желательно, чтобы они получили выражение в денежном эквиваленте, — слегка поклонился хитрый Винсент, не устающий намекать своему новому начальнику о достойном вознаграждении за свои заслуги. — Будет тебе денежный эквивалент, может даже в бриллиантовых империалах, обещаю, — сказал, улыбнувшись, Демид Александрович, — дай только срок и возможностью выбраться из этой переделки… Контр-адмирал показал рукой на тактическую карту, на которой вовсю кипела настоящая бойня, происходящая в данный момент на орбите планеты Новая Москва-3. Голографические проекции кораблей сталкивались, окрашивались красным, обозначая попадания, тускнели и исчезали, когда корабль переставал существовать как боевая единица. Контуры защитных колец планеты светились тревожным пурпуром — знак их активного использования в бою. Демид был как никогда счастлив, что снова стал командиром своего родного корабля, теперь его уже ничто не держало во флоте ненавистного ему адмирала Дессе. В данный момент времени флагманский линкор Зубова, который привел к нему сутки тому назад Винсент Моро, находился в центре построения двух «бело-синих» дивизий: 1-й и 2-й «ударных», которыми командовал Демид Александрович. Немногим больше ста боевых космических кораблей замерли в некотором отдалении от столичной планеты, на орбите которой в это время шел страшный и кровавый бой… — Признаю, вы разыграли эту комбинацию, как гроссмейстер, господин адмирал, — поздравил Демида капитан-командор Моро, заворожено наблюдая, как на голографической карте космофлот адмирала Поля Дессе отчаянно