Послышались недовольные шёпотки и шиканья, но от экрана никто не оторвался. Только дождавшись рекламы, старуха с самодельной причёской повернула к нему голову. Она поправила выбившуюся из пучка прядь, нахмурила нарисованные брови и продолжила пялиться на участкового.

Реклама бегающих зубов с четырьмя корнями её не интересовала. Как будто стоматологом раньше работала. А мужчина — вполне.

Петрович пригляделся к пациентке. Под описание она подходила.

— Пол мира де Годзилян? — несмело спросил участковый, слегка наклонив голову.

— И целого мира мало! — подскочил старичок и начал петь и пританцовывать с невидимой партнершей. — Я ей луну с неба, а она мне расписку… Потом повестку… потом суд. Ну вот только дурачком и осталось прикинуться… Но эти таблетки вдохнули в меня новую жизнь.

— Эльвира! — зло прошипела старуха, не обращая внимания на старичка. — Эльвира Гавриловна! Когда ж вы запомните, бестолочи? — она резко вскочила с кресла, вытянулась во весь рост и повторила. — Эльвира Гав… гав… — «старушка» вдруг начала заикаться от эмоций.

А старичок подхватил её под руки и повёл в танце.

— Милая, так я и тебе луну пообещаю. Только не гавкай. Давай лучше со стремянкой определимся. Размер — имеет значение.

— Гав-гав… — все ещё заикалась подследственная.

— О, да ты прямо как моя бывшая.

— Ррр! — возразила почти что опрашиваемая.

Так они и закружили по коридору, сорвав оглушительные аплодисменты психов. Кто-то даже выкрикнул:

— Браво!

А другой подскочил и сообщил:

— Это, товарищи, прогресс! Сегодня танцуют двое, а завтра вся страна. И вот уже весь мир танцует под нашу музыку! Осталось только ритм подобрать!

Вновь аплодисменты.

Как вдруг все психи замолкли, повернув головы к экрану. Реклама закончилась. Сериал продолжился.

Петрович вытащил блокнот и сделал пометку.

— Эльвирус Гаврилы, значит, — пробормотал он. — А я к вам по делу. Допросить вас нужно. Как свидетеля.

Старушка встрепенулась. В её глазах мелькнула осмысленность вместо ярости, а после танца даже дыхание сбилось и заикание прошло. Даже рычать расхотелось. Может и вправду пойти с человеком стремянку поискать?

В этот момент из телевизора заиграла музыка, по экрану побежали титры. Пациенты все как один протянули:

— Ну-у, когда уже этот сериал закончится? — и начали потихоньку приходить в себя.

Теперь они были не застывшими мумиями, а вполне живыми людьми. Это участкового даже обрадовало. Все лучше, чем безмолвное, неподвижное безумие.

К Петровичу подскочила пожилая дама в бигуди. И принялась дуть в погон. Она была невысокого роста и почему-то подпрыгивала всё время, будто вместо ног у неё стояли пружинки.