— Мало, Побрей. Не глубоко копаете, — вздохнула Агата. — Дебош строителей это… — она сделала театральную паузу. — … не то, что требуется зрителю. Нам нужна драма. И пироги с котятами.
— Но там по слухам… — Побрей понизил голос до шёпота. — … техника ожила. Сама.
— Вот в этом-то и кроется проблема, уважаемый Побрей. Слухи… — она многозначительно подняла указательный палец вверх. — … журналистов кормят. Но то сельских. А мы с вами профи. И обязаны эти слухи превратить в сенсацию, вдоволь добавляя пингвинов или хотя бы маленьких людей, чтобы радовали людей побольше. Кто ещё будет нещадно эксплуатировать детей, если не мы?
— Все любят эксплуатировать маленьких, — кивнул, поправив очки, чёлку, а затем и почесав в задумчивости бородку, Побрей.
— Мы целую индустрию восхваления на детях построили, — кивнула банши. — Но те, поросята такие, быстро взрослеют. И потом ничего не могут, только место в павильонах занимают. А нам Алый уголёк снимать негде. Чем их кормить всех? Кто выплатит пенсию? А, Побрей? Мы должны пристроить этих бесполезных гениев и дальше во взрослом, несправедливом мире, где им будут хлопать хотя бы за стишки собственного сочинения. Всех на стройку не отправишь любовь строить, сам понимаете. Но вы-то, вы- то, Побрей… Идите на эту самую стройку и сделайте людям хорошо!
Едва Врунов поднял руку для ответа, как бабка отвернулась и тихо добавила:
— Что превыше всего в нашей профессии?
— Рейтинг! — воскликнул журналист. — И немного грамматики.
Она повернулась, сверкнув глазами за стекляшками:
— Повтори.
— Рейтинг превыше всего! — продекларировал Врунов висящий в лифте лозунг.
На всякий случай укусил папку, если ответ нужен другой. Перед глазами мелькнул парашют, полёт, приземление.
— Так-то, Побрей, — кивнула старушка. — Я верю, вы нас ещё удивите. Идите, мсье Врунов. Работайте. Не то сами в Египет полетите.
— Зачем?
— Пустыни пылесосить.
— Будет сделано! — радостно пообещал журналист, на всякий случай облизнув папку. — Да я сам всю технику плясать заставлю. Я ж ради канала на всё готов! Даже работать… Сенсацизируем!
Старушка сложила пальцы в замок и тихо добавила:
— Я не сомневаюсь. Все хотят «золотой парашют». Да не каждому сложат. А этажей у нас много.
Глава 23 Кровопийцы
Воздух в помещении был пропитан сырым мясом. Алые потёки разбросаны повсюду. Брызги попадали на стены и даже на потолок, а струйки разливалась по разделочному столу и тягучими каплями срывались на пол, попадая в кровосток.
Здесь легко можно было снимать фильмы ужасов. Да только режиссёры не выстраивались в ряд для занятия мясного цеха. А вся продукция шла сразу в мясной павильон поблизости. Он же бутик — «мясо от Леонида».