«Чёрт бы побрал эту бабку с вечными докладами утром и вечером», — подумывал участковый.
Но стоило отдать ей должное — баба Нюра всегда первой прибывала на место преступления. Порой успевала даже разрулить ситуацию и наказать виновных ещё до того, как Петрович заводил старый служебный автомобиль. Что в зимний период было даже полезно.
Правда, преступления тоже не ахти: шумные дети, сломанные ветки на деревьях, кассирша на рубль обсчитала… ерунда одна. Ни мелом на асфальте не почертить, ни понятых не опросить.
А, может, в нём художник и психолог погиб? Ни порисовать не дают, ни поговорить с людьми, как следует. Разбегаются.
Нет, с одной стороны участковый благодарен инициативной гражданке. Иначе совсем нечего писать в отчётах и планах, спускаемых сверху. Но он всё равно недолюбливал старушку. И поделать ничего с собой не мог. Вредная бабка и всё тут… Да за вредность статьи не предусмотрено.
Но в этот раз Нюра на том проводе была явно не в себе. Она несла откровенную околесицу. В словах путалась и постоянно поминала бесов или предлагала вызвать экзорцистов.
«Спятила старая, — лениво подумал участковый. — Ноги у неё, понимаешь, скачут, а в собаку сам дьявол вселился. А по ночам наверняка видит чёрта лысого, если не забывает выключить телевизор, ага».
Потому участковый слушал бред этот вполуха и зевал в кулак украдкой.
Нюра ещё много чего наговорила, но, отбросив откровенный бред, Петрович понял — не отстанет. Надо ехать.
Повесив трубку, он принялся заводить старый автомобиль. Прогуляться хоть на свежем воздухе. А то выспится на службе и дома бессонницей будет ночью маяться.
Тогда либо в «однокашниках» сидеть придётся и картинки вразумительные внукам слать, либо на рыбалку с Палычем ехать, чтобы совсем в диван не прорасти. А на рыбалке одним кефиром не отделаешься!
Это опять потом дремать на работе придётся, чаем отпаиваться — перспектива так себе. А, не дай бог, рыбы привезёшь с рыбалки — чисти её потом, жарь. Внукам тем же раздавай вместо картинок. А те посмотрят, как на умственно-недооценённого.
В двадцатом веке он что ли со своей рыбалкой живёт? Нынче, в двадцать первом веке, время другое, быстрое, отчасти перспективное… Но уже не для него.
Приехал на место происшествия Петрович не в лучшем настроении. Во дворе на Садовой у детской площадки стоял переполох. Прохожие собирались кучками, вздыхали, но вскоре расходились по работам. А дерево рядом с ними было не просто надломлено, но срублено неизвестными силами почти под корень.
— Вот это вандализм! — выдал участковый. — И кого винить?