— Анна Николаевна, иди ты в баню! — послышалось от Петровича, вместо признания и грамоты. — Там и помоешься!
— Какую ещё баню?
— Финскую!
— Петрович, ты чего? Я же по секрету делюсь. Доношу с глазу на глаз, так сказать.
В ответ послышались гудки.
Комод всё же пришлось отодвигать одной. Потому что нельзя спасать планету, сидя в собственной квартире.
У подъезда она и увидела растерянного Петровича. Тот сидел на скамейке, обхватив голову руками, и бубнил для себя:
— Финская. Баня… Баня, но финская… А куда же сауна делась?
Задумалась.
— А ну прекратить киснуть! — рявкнула старушка, толкнув представителя власти клюкой для бодрости. — Мир в опасности, а ты тут баню на сауну поменял?
— Да я верю! Верю же! — взмолился участковый. — Во всё!
— Это правильно. Кому ещё доверять? — погрозила она всё той же клюкой и под руку его подхватила. — Чепушило, что ли? Ты вот что… психов мне помоги вызволить. Они побольше нашего знают.
— Опять таблетки свои принять забыла? — участковый с трудом вырвался из её цепких рук. — Ты, Нюрка, с телевизором-то завязывай. А то так и до сумасшедшего дома не далеко, — вздохнул участковый, остро сожалея о том, что в кобуре нет отдела для второго огурца.
— Вот туда мне и надо! — она ещё раз погрозила клюкой. — И тебе тоже.
— Нет, — твердо заявил Петрович. — Мне не надо. — А потом развернулся и медленно пошёл прочь. — Не надо мне в дурку! Слышишь⁈ Я — нормальный. Нормальный я!
— Э-эй! Ты куда это намылился?
— В отпуск! — ответил он не оборачиваясь. — Найду Палыча и на рыбалку поедем.
— Какая-такая рыбалка? Ночь на дворе! — крикнула ему в след Нюрка.
— Ночью лучше клюёт! На сома пойду!
— Планета в опасности! А ты отлыниваешь. Ты — безответственный представитель законности и порядка! А ну, стой!
— Нет!
— Дуй в дурку дела доделывать. Я кому сказала⁈ — она поспешила за ним, подгоняя Петровича клюкой в спину.
— Не пойду! — упирался тот.
— В дурку! Кому говорят? — никак не шла на компромисс старушка и даже по секрету добавила, понизив голос. — Своих выручать будем. Они всё знают. Теперь только психам можно доверять. Не зря они вышки связи ломают. Связь пришельцам портят. Гении же… непризнанные.
* * *
Охотиться лучше в тёмное время. Это знал каждый оборотень, и каждый вампир. Да и вообще всякий малограмотный монстр.
С наступлением темноты люди издревле закрывались в своих квартирах и домиках, наступала тишина, и лишь неприкаянные путники бродили в ночи. Так было испокон веков. И так должно быть всегда под светом Луны всегда. Но затем людей стало слишком много. Они осмелели и заявили о своём праве на ночь.