— Эй, я о тебе беспокоюсь, — пожал я плечами.

На самом деле действительно беспокоился. После всего случившегося у Виктора реально мог случиться нервный срыв. Учитывая, чем он теперь обладал — дело вдвойне опасное.

Мы с ним уже обсуждали это. В результате я подметил для себя определённую странность. Волков, если мне память не изменяет, тоже вёл себя так, будто слышал голоса. Теперь ещё и Андрей. А вот у меня такого нет? Какой делаем вывод? Я невероятный и особенный!

Ага, сейчас. Конечно. Нет. Мне нужно больше информации.

Но — это чуть позже. Сейчас куда сильнее волновала возможность нормально позавтракать. Ну, хорошо, скажем, что почти пообедать, если вспомнить, сколько сейчас времени. И заодно придумать, чем заняться в дальнейшем. Вот тут действительно могла наметиться своеобразная проблема, так как давно у меня не было такого, чтобы нечем было заняться. Вот вообще. Последние полгода пронеслись каким-то ураганом.

Впрочем, я примерно знаю, куда стоит направить свои силы дальше.

Возвращаясь к Виктору — у него в жизни наступили значительные и очень существенные перемены. Информация о том, что у него «пробудился» дар, уже начала расходиться. Да, клиника Распутиных сейчас не работала по понятным причинам. Но это не означало, что для него не найдут работы. Нашли. Ещё как нашли. Вместо своей практики он теперь носился по городским госпиталям, помогая людям. И, если верить его же словам, то в последнее время голоса в его голове звучали уже не так убедительно. Вопрос — почему? Ответа на него у меня так же не было.

Если честно, то я до сих пор удивлялся, как у порога «Ласточки» до сих пор не выстроилась целая очередь из аристократов, желающих захомутать моего друга. Получить себе человека с таким даром…

Эта мысль поразила меня настолько, что я не донёс чашку с кофе до рта. А ведь он теперь, по сути, окажется в той же ситуации, что и я с Лазаревым. Он, на секунду, получил в свои руки один из самых мощных целительских даров. И, как бы того не хотелось, скрыть это не удастся. Только не после того, что случилось. Тут к гадалке не ходи.

Только вот пока что всё тихо. Интересно, почему? Как обычно, ответа ответа и на этот вопрос у меня нет.

Впрочем…

Через несколько минут Мария вернулась с кухни, поставив перед нами пару тарелок, за содержимое коих я готов был её расцеловать. Омлет с беконом и сыром. Свежие овощи. Несколько тостов. Сколь вредно, столь же и вкусно.

— Вик, ты когда переезжаешь к себе? — спросил я его.

— Вообще надеялся, что сегодня или завтра, — пожал он плечами. — Край — на следующей неделе. Ты на похороны пойдёшь?