Свой первый личный кабинет.

Оно всегда так. Я хорошо запомнил свой собственный кабинет. По сути — клетушка без окон в заднике опен-спейса, где пахло пылью, старым кофе и чужим стрессом. Этот аромат ни с чем не спутать. Стены — из гипсокартона, соседи — в десяти сантиметрах за перегородкой. А каждый разговор слышен так, словно никаких стен нет и в помине.

Во времена своей молодости я сидел там с папками на коленях, так как все не помещались на небольшом столе из ламинированного ДСП. Пытался выглядеть солидно перед своими первым клиентом. Ну, хотя бы немного. Обычно клаустрофобия накатывала где-то к обеду, но уходить всё равно было некуда — это был мой шанс, пусть и втиснутый в три с половиной квадрата.

А потом, уже поздно вечером, когда офис оставался почти пуст, я выходил из своей каморки и шёл к внешней части здания. Туда, где находились кабинеты начальства. Просторные. Роскошные. С широкими окнами и удобными креслами. Со столами, на которых можно было разложить не только бумаги, но и милую секретаршу, коли появится такое желание. Один из наших старших партнёров, наверное, именно поэтому и заказал себе стол размером с двуспальную кровать. Впрочем, не важно. Это дела не то что давно минувших дней. Давно минувшей жизни. Тогда я смотрел на них, чтобы мотивировать себя. Чтобы каждый день искать силы работать ещё усерднее, чем вчера. Как гребец на древних галерах, подгоняемый щелкающей над ухом плетью погонщика. Без отдыха, выходных, отпусков… семьи. Всё ради того, чтобы забраться как можно выше.

И я это сделал.

А теперь я стоял здесь. Сейчас у меня целый этаж в бизнес-центре в деловом сердце столицы. И пусть все катятся к чёрту. Я уже выбирал себе самый шикарный кабинет из возможных. Но всё равно буду вспоминать ту душную коробку — вспоминать с благодарностью.

И поэтому я сейчас дам им право, которого у них никогда быть не должно. Они получат то, за что смогут держаться. То, что никогда не захотят потерять. А для этого им придётся работать. Очень много работать.

— Раньше это место принадлежало финансовому фонду, — начал пояснять я, ведя их за собой по коридору. — Места им требовалось много, но всё это в прошлом. Теперь это всё наше. Один угловой кабинет я забираю себе. Вы двое, на правах первооткрывателей, можете взять себе два из трёх оставшихся.

От этой новости оба тут же воодушевились. Да что там говорить, эта новость подействовала на них лучше тройного эспрессо, смешанного с энергетиком. Правда, Никонова тут же преисполнилась подозрительности.

— В чём подвох? — тут же спросила Алиса, вздёрнув при этом свой носик.