Стоящий на коленях Виктор поднял голову и я увидел, что он сильно отличается от того, каким я видел его всего несколько часов назад. Другая причёска и отросшая борода делали его взрослее…
— Ты ведь обещал ему! — прошипел он, глядя на меня. — Ты обещал Григорию, что позаботишься о ней!
Мой лучший друг впился в меня полными ярости глазами, держа на руках голову Елены. Хорошо знакомая мне девушка лежала на полу, глядя в потолок безжизненными, потухшими глазами. Она изменилась настолько кардинально, что при одном взгляде на неё сердце сжималось от боли. Коротко подстриженные волосы выцвели. Кожа выглядела, как у старухи, а бледное лицо не подавало признаков жизни.
— Что это… что за бред, — прошептал я, с трудом проглотив вставший в горле ком и делая неосознанный шаг назад, словно пытаясь убежать от пугающего видения. — Этого не может…
Да только бежать было некуда.
— Рома был прав насчёт тебя.
Резко повернувшись, я встретился с ней глазами.
Анастасия стояла всего в шаге от меня. С искажённым в гримасе отвращения лицом, а в её глазах плескались слёзы глубочайшего горя. Они блестящими дорожками стекали по её лицу.
— Насть, почему ты…
— Заткнись, — прошипела она, и эмоции в её голосе подействовали на меня похлеще удара током.
— Заткнись, — прошептала, практически через силу выдавливая эти слова из себя. — Рома верил тебе… Я тебе верила…
— Настя, послушай, это…
Она сделала шаг вперёд и вонзила нож мне в грудь. И я почувствовал это. Ощутил, как холодный металл входит в моё собственное тело.
Моя правая рука неосознанно обхватила девушку, притягивая её ближе. И она даже не сопротивлялась. Наоборот, прижалась ко мне всем телом, словно сгорающая от страсти любовница. Настолько близко, что я ощутил её обжигающее дыхание на своём лице…
Она смотрела мне в глаза со смесью боли и ненависти. Её губы шевелились, что-то шепча. С большим трудом, но я смог разобрать её слова, прежде чем непроглядная тьма заволокла мой взор.
— Отправляйся в тот ад, из которого ты появился…
Глава 18
— Ваше высочество? Он готов принять вас.
Ничего не сказав в ответ, Николай опёрся левой рукой на трость и встал с кресла. Точнее, попытался. Раненая правая нога неожиданно подвела, не выдержав веса его тела, и князь осел обратно на кресло, в котором только что сидел.
Заметив это, императорский слуга тут же бросился к нему, чтобы помочь, но был остановлен.
— Я сам!
Глубоко вздохнув, Николай предпринял вторую попытку и в этот раз смог встать на ноги. Выпрямил спину, несмотря на боль.
— Прошу вас, — сказал слуга, отведя взгляд в сторону, словно не желая видеть этот момент слабости.