Его губы растянулись в улыбке, широкой настолько, что показались идеально белые ровные зубы. Жуткая, почти мерзкая и неестественная улыбка, от которой мне стало не по себе.

— Разве оказался бы ты здесь, если вместо того, чтобы пытаться остановить убийцу своими силами, возложил бы эту ношу на кого-то другого?

Его слова на миг перенесли меня обратно в прошлое. В то самое прошлое, которое всё ещё, очень редко, но продолжало сниться мне по ночам в кошмарах. В ту ночь, когда я стоял на залитой дождём крыше московской высотки. В промокшей до нитки одежде. С пистолетом, который судорожно сжимал в руке, лелея бесполезную надежду на то, что оружие мне поможет.

Надежду на то, что я смогу что-то исправить.

— Ты ничего не исправил, — будто бы прочитав мои мысли, сказал он, всё ещё протягивая мне листок бумаги. — Возьми. Прими решение. Я могу лишь предложить тебе это. Всего лишь дать возможность взглянуть на то, какие вероятности тебя ждут.

Моя рука почти что сама собой потянулась к листку… и остановилась. Пальцы замерли всего в нескольких сантиметрах от исчерканной карандашом белоснежной бумаги.

— Что такое? Неужели ты боишься того, что узнаешь? — в его голосе прозвучало отчётливое веселье. — А как же твои слова о страхе неизвестного?

— Нельзя бояться того, чего не знаешь.

— А как ты узнаешь, что там есть то, чего тебе стоит страшиться, если даже просто боишься взглянуть?

— Посмотреть в будущее? Просто так?

Услышав мои слова, альф равнодушно пожал плечами.

— Свою цену я уже заплатил. Так что меня устроит любой твой ответ.

Я ещё раз посмотрел на листок. Нужно принять решение. Решение, которое, возможно, изменит всё…

Выждав пару секунд, я протянул руку и взял лист.

Точнее, я прикоснулся к нему, ощутив едва заметную шершавость бумаги кончиками пальцев. Взял его и повернул к себе…

— Будь ты проклят!

Услышав знакомый голос, я резко поднял голову и встретился глазами с Князем.

— Что? Князь…

— Ты точно такой же, как и он. Точно такой же, как твой проклятый отец, — резко перебил меня дядя.

Мы стояли в его апартаментах на пятом этаже «Ласточки». Я хорошо знал это место, чтобы узнать его с первых же секунд. Но мысли о знакомом месте исчезли в тот же момент, когда я увидел выражение на лице Князя. Он стоял на коленях и смотрел на меня глазами, полными ненависти, сжимая что-то в своих руках. Прижимая это к своей груди так, словно готов был защитить это ценой своей собственной жизни.

— ОНА ТЕБЕ ВЕРИЛА!

Я лишь моргнул. Всего мгновение, но картина перед моими глазами изменилась катастрофически. Настолько резко, что это сбивало с толку.