— Он назвал конкретную причину для встречи?
— Нет, ваше высочество. Лишь сослался на то, что разговор будет носить личный характер.
— Хм-м-м…
Меньшиков задумался, буквально за несколько секунд прокрутив в голове более двух десятков возможных причин, но так и не найдя то, которая могла бы потворствовать подобной просьбе со стороны Алестера.
— Скажи мне, Арсений, вы узнали, куда пропал сын виконта Сандерленда?
Глупо было рассчитывать на невозможное, но Меньшиков всё-таки надеялся на то, что тайна пропавшего британского аристократа раскроется. Молодой человек, который, как они считали, руководил разведывательной резидентской в столице Империи, пропал почти месяц назад, перестав появляться на людях. И все попытки понять, что именно с ним произошло, закончились неудачей.
Более того, у Николая и его подчинённых начало складываться впечатление о том, что даже сами британцы не знали, куда именно подевался один из их пэров, хоть и делали вид, словно ничего не произошло.
И последовавший ответ его подчинённого подтвердил опасения.
— Нет, ваше высочество. Мы всё ещё продолжаем наблюдать за двумя его квартирами и самим посольством. Пока никаких следов. Как и со стороны его контактов, с которыми он встречался ранее. Если мне будет позволено сказать это, то у меня такое ощущение, что молодой Сандерленд как сквозь землю провалился, ваше высочество.
Меньшиков тяжело вздохнул, задумался, после чего кивнул.
— Хорошо. Свяжитесь с герцогом и узнайте у него, когда он желает со мной встретиться. Узнаем, что ему нужно и почему он всё ещё топчет своими ногами нашу землю.
Глава 12
Смородин не позвонил мне на следующий день.
И через день тоже не позвонил.
Первый звонок с момента нашей с ним последней встречи я получил от него только на третий день после разговора с Лазаревым. Предложение о встрече для последующего и окончательного подписания документов. Плюс он пообещал познакомить меня со своими «говорящими головами».
Правда, если я всё-таки соглашусь на его затею, то они уже станут моими полноправными коллегами. А я соглашусь. Потому что в противном случае вряд ли где-то ещё смогу получить столь же удобные для меня условия «сотрудничества».
Итак, у нас есть адвокаты — две штуки. Сейчас стоят прямо передо мной. Смотрят. Нервничают, по крайней мере внешне. Первый — мужчина тридцати пяти лет. Высокий. Выше меня где-то на полголовы. Плечистый, с резкими чертами лица и тёмными, как смоль волосами. Зовут его Вадим Алёхин.
Рядом с ним стояла коротко стриженая блондинка. Двадцать семь лет. Невысокая. Милая на личико. Но вот её эмоции… Сразу понятно, с кем тут у меня будут проблемы. Если парень при виде меня сразу же ощутил для себя возможность, то вот блондиночка ничего кроме брезгливой раздражительности не почувствовала. Звали её Алиса Никонова и…