Спорно, конечно, учитывая, что я купил себе тариф на месяц, но Рома понял меня правильно.

— Что, совсем тебя замучили своими звонками?

— Ага.

— На встречи приглашают?

— Ага.

— Женить ещё не звали?

— Сплюнь, — резко сказал я, а затем задумался. — А что? Будут?

— Будут, — кивнул Рома. — Даже не сомневайся. Пока ещё ты толком даже не аристократ. Так, личинка аристократа. Но сам факт личного пожалования титула уже делает тебя крайне интересным. Да и то, что ты холост, тоже. Народ будет стремиться отдать за тебя ту или иную дочку. Чтобы она стала с тобой во главе нового рода. Так что давай, выбирай с осторожностью.

На последних словах он чуть ли не смеялся. Да с такой довольной рожей, что мне хотелось… Ну, в общем, много чего сделать хотелось.

— Говоришь так, словно уже прошёл через это.

— А я и прошёл, — заверил он меня. — Поверь мне, Александр. Если до сегодняшнего дня ты считал, что живёшь скучно, то теперь для тебя начинаются воистину интересные времена.

— Интересные времена, — горестно вздохнув, повторил я за ним. — Звучит как проклятие. Спасибо, но при всей оказанной мне чести, я бы предпочёл отказаться.

Видимо, эта фраза стала тем самым триггером, который сменил тему нашего разговора.

Роман залез рукой в стол и извлёк из него папку.

— Я всё подготовил. От своего имени. Полная характеристика на твоё имя за то время, что ты работал здесь. Не переживай, максимально положительная.

— А я и не переживал…

— Ну, конечно же, — усмехнулся Роман. — Когда у тебя коллегия?

— Семнадцатого января. София уже помогла мне подать документы. Кстати, что ты указал в качестве причины моего ухода? — спросил я, беря её в руки.

— Увольнение по собственному желанию, — хмыкнул он. — Достаточно обтекаемая формулировка, чтобы под ней можно было понимать всё, что угодно, но без конкретики. Впрочем, я там добавил приписку от себя. Что считаю твоё решение покинуть компанию верным шагом, как твой начальник и руководитель.

— Да ты тут расстарался, — произнёс я, просматривая характеристику.

— Ну, надо же как-то компенсировать то, что ты ушёл отсюда через три с половиной месяца, — пожал он плечами. — В любом случае, твои дела говорят сами за себя.

Тут он прав. Что ни говори, но характеристику он мне написал превосходную. Да и вряд ли кто-то сможет уличить сына графа Лазарева в предвзятости и патронаже…

Чёрт. А ведь могут. Тут даже какие-то особые основания не потребуются. Те, кто захотят увидеть в этом именно то, что они хотят — обязательно это увидят…

— Думаешь о том, а не выглядит ли это, как пример чрезмерного благоволения к тебе с моей стороны? — угадал мои мысли Роман.