— Консультативная работа не означает…

— Вся его группа блестяще сдала экзамен по этике, — спокойно перебил её бывший судья в отставке. — Я наводил справки у Аркадия. Из его группы ниже отлично получил лишь один единственный студент.

О как! А вот об этом я не знал. Нет, то есть я в курсе, что зачёты у ребят уже прошли и сейчас должны были идти экзамены, но не знал, что этику они на этой сессии уже сдали. Надо будет поздравить их что ли как-то. Заслужили ведь.

Но сейчас меня волновал другой вопрос.

— Прошу прощения.

— Да, ваше сиятельство? — посмотрел на меня старик.

— А не могли бы вы сказать, кто именно опростоволосился? Всё-таки я много сил вложил в этих ребят и хотел бы знать…

— Понимаю, — кивнул тот. — Некто Юрий Шарфин. Получил удовлетворительно. Помните такого?

— Более чем хорошо, — улыбнулся я.

— Так, — громче обычного сказал председатель. — Я предлагаю перейти к делу.

Тут уже согласились все. Ну почти все. По эмоциям чувствовал, что эта старая карга готова была ещё поспорить, но… Да пошла бы она куда подальше. Остальная часть коллегии явно находилась на моей стороне. Ну, по крайней мере в вопросе справедливости её нападок. Точнее в отсутствии в них вообще какой-либо справедливости.

Дальше пошёл уже стандартный рабочий процесс. Сначала посыпались вопросы. Привлекался ли я ранее к дисциплинарной или административной ответственности? Есть ли у меня судимости, в том числе непогашенные? И всё в том же духе. Задавались они больше для проформы. Мои «экзаменаторы» понимали, что Император кому попало лично титула давать бы не стал. Меня должны были проверить вдоль и поперёк. Но учитывая, что всё шло под протокол, задать их они были обязаны.

Дальше пошёл уже более предметный разговор. Коллегия приступила к разбору моих дел. Этого я ожидал, а потому подготовился, проверив каждую мелочь, чтобы нельзя было подкопаться. Почему? Да потому, что как минимум в половине из них меня вполне себе можно было подтянуть под нарушение этического кодекса. Ключевое слово «можно было бы». Вот я и постарался, чтобы этого сделать оказалось нельзя.

На каждый каверзный вопрос следовал ответ — стороны пришли к мировому соглашению и наши споры были урегулированы в досудебном порядке. Единственное, где старая злая карга попыталась меня поддеть — дело со Стрельцовым и Марининой подругой в силу его открытости. Решила зацепиться за моё поведение в суде, но мне не стоило больших проблем доказать предвзятость прокурора, так что она быстро сдулась.

Потом последовали проверки в плане профессиональной этики. Это я тоже прошёл с лёгкостью. Чай зря что ли ребятишек этому учил?