О дальнейших приключениях будущего атамана мифического черноморского войска, думаю, в этой книге не стоит упоминать, а сразу можно перейти к тому месту, где атаман Ашинов расстался с вождём чернокожих, Мамбой.

Обратный путь, по закону подлости, сложился не столь лёгко, как к Мамбе. На них стали нападать мелкие отряды махдистов, видимо, принимая за чернокожих. Быстро обнаружив ошибку, они откатывались назад, неся потери, но и казаки тоже несли потери.

Уже почти перед Джибути, и французской колонией Обок, половина отряда заболела дизентерией, попив недостаточно прокипячённую воду, либо плохо помыв найденные фрукты. Да и влажный, жаркий климат, оказывал своё негативное влияние на них. Запас хинина, выданный им Мамбой, заканчивался, и к дизентерии добавились ещё и приступы малярии.

К тому моменту, когда они добрались до старой крепости Сагалло, где они и размещались до этого, в живых осталось 175 человек, да и заболевших было очень много. Здесь они сдались французам, и те переправили их на пароходе через Красное и Чёрное море, в Одессу. А уж там, там Ашинов развернулся вовсю.

В воздухе запахло грандиознейшей авантюрой, а сам Николай Иванович был таким незаурядным мошенником, что, несмотря на то, что он обманывал всех и вся, ему всё равно верили, и слушали его рассказы, раскрыв рот и растопырив, как локаторы, уши, печатая его рассказы во всех крупных газетах.

Выгрузившись в Одессе, и бросив всех своих людей добираться, кому куда надо, самим (благо у всех были деньги, полученные от чернокожего вождя), Ашинов направился в столицу, но сначала собирался заехать в Нижний Новгород. Его кипучая энергия требовала выхода, а истории, и информация, полученная от Мамбы, просто обжигали губы.

Оооо, он знал, кому её можно продать, либо положить, словно деньги или облигации, под огромные проценты. То ли ещё будет! Атаман казаков всея Африки, и наплевать, что казаки чёрные, как гуталин, но казаки же. Он будет вольным атаманом. Не женщины и деньги ему были нужны, а Слава, Слава, и ещё раз, вплоть до бесконечности, Слава!!!

Первым делом, он поехал к своему покровителю, питавшему не менее иллюзорные, но по факту, такие же грандиозные, планы, как и у него, нижегородскому генерал-губернатору Н.М. Баранову.

— Николай Михалыч! — обратился он, придя на приём.

— Вы не поверите, я такого навидался. Клондайк, это Клондайк!

Генерал — губернатор Нижегородской области, Николай Михайлович Баранов, был деятельной личностью, способной на многое. Сейчас бы его назвали антикризисным менеджером.

Он успевал все и везде: и контролировать по два раза на дню, как идёт нижегородская ярмарка, и выслушивать жалобы горожан, и распекать ленивое чиновничество.