Утро наступило для меня неожиданно, осветив лицо яркими лучами солнца. Лагерь давно уже проснулся, ожидая команды на выступление. Момо не вернулся. Подозревая самое худшее, я отправил вперёд сотню Ярого, а сам с остальной частью отряда, ранеными и партизанами, двинулся следом.

Но удача не отвернулась от меня, как оказалось впоследствии. Момо выполнил свою задачу, вместе со своей сотней, он вырезал половину отряда махдистов ночью.

Уверенные в своей безнаказанности, и в том, что остались не замеченными, они безмятежно отдыхали, надеясь вступить в бой не раньше позднего утра. И потому, неожиданный манёвр, предпринятый Момо со своей сотней, разрушил все их планы, позволив ему вырезать сначала часовых, а потом и половину спящих, загнав оставшуюся половину в воду, а затем, как мокрых крыс, на речные корабли.

Корабли, покрутившись на середине реки, развернулись и уплыли назад к Джубе.

До места их высадки было около двадцати километров, которые мы преодолели за четыре часа. Не видя смысла возвращаться обратно, Момо ожидал нас на месте ночного боя, явно хвастаясь своей храбростью и хитростью, а также взятыми в бою трофеями.

За этот бой его следовало наградить. Теряясь в догадках, что же он попросит, я подозвал его к себе и спросил об этом. Всё оказалось гораздо прозаически. Не лишённый тщеславия, молодой сотник вожделенно смотрел на мою саблю-шамшир, и пожелал иметь такое же копьё, как у меня, с бунчуком из змей.

Пожав плечами, я торжественно вручил ему вожделенную саблю. Насчёт копья, пообещал подарить похожее, а вот бунчук, это уже личное, его не заслужить надо, а сделать самому, из шкур своих врагов.

От пенисов врагов, подвешенных вместо шкурок змей, я его отговорил, нечего здесь непотребство разводить, а вот скальпы, почему бы и нет, чем страшнее твоё оружие, тем слабее твои враги. Здесь мы остановились на сутки, пройдя немного вперёд от места боя, побросали убитых в реку, чтобы не тратить силы на копку могил. Необходимо было передохнуть и набраться сил перед трудным переходом.

Дальнейшее продвижение на юго-восток потеряло всякий смысл, и я принял решение поворачивать на запад, сверяясь со своей картой. Отдохнув, и заново навьючив ослов, отобранных у суданцев, мы повернули на запад, следуя вдоль реки.

Где сейчас находился Эмин-паша, я не имел ни малейшего понятия, и, в принципе, мне было всё равно, если суждено нам ещё раз встретиться, то мы встретимся, несмотря ни на что.

Дальше мы продвигались по абсолютно незнакомой местности, сверяясь только с картами, имеющими многочисленные белые пятна. Здесь были указаны, в основном, одни торговые маршруты и примерное расположение рек, гор и деревень, но всё же мы разобрались, особенно, когда выловили местных негров.