В ответ грянули слитные залпы. Посыпалась листва, и труха со стволов деревьев. Завизжали пули, впиваясь в стволы исполинов, и отсекая мешающие им ветки. Несколько воинов, попав под огонь, были убиты, либо ранены. Пулемётчики, заметив, что стрелы по-прежнему летят из леса, нанося потери, развернули свой пулемёт, и не целясь, открыли из него беглый огонь. Лес содрогнулся от грохота и ливня пуль.

Содрогнулись и ветки деревьев, и как горох посыпались с них воины, спрятавшейся второй сотни Момо. Перед тем, как упасть вниз, на головы врагов, каждый из них метнул дротик. Некоторые воины и дальше остались на деревьях, расстреливая французов из луков. Но таких было немного.

В неглубокой, всего лишь по колено, узкой речке, закипел рукопашный бой. Сотни Момо, имея преимущество в неожиданности, и отлично владея холодным оружием, бросились на вооружённых винтовками, тиральеров, как львы на буйволов.

Всё преимущество огнестрельного оружия было нивелировано. Работая мечами, длинными ножами, хопешами и мачете, они убивали всех подряд в жестоком бою.

Пулемётчики, засевшие на берегу, были бессильны, всё смешалось. А река окрасилась кровью, хлещущей из ран. Французы бились прикладами и штыками, но многие просто не успели их пристегнуть, да и места работать ими не было. Началась резня. Но, положение французов можно было ещё исправить, пожертвовав чернокожими солдатами, расстреляв всех их из пулемёта, вместе с нападающими, и отведя назад белую сотню.

Но, тут в дело вступила прятавшаяся до времени в засаде, третья сотня Момо. Выскочив из своих укрытий, с дикими криками и улюлюканьем, разрисованные в боевую раскраску, с искажёнными от ярости лицами, они бросились убивать врагов в спину.

Полетели дротики, впиваясь в спины солдат и офицеров. Первыми рухнули мёртвыми на землю пулемётчики. Офицеры и капралы, развернувшись назад, открыли огонь из винтовок и пистолетов, но через пару минут были смяты превосходящими силами.

Это почувствовал Момо, и бросил в рукопашную свою первую сотню, которая отступала. Бросая оружие, чёрные тиральеры бросились бежать во все стороны, глядя на них, дрогнули и белые солдаты, которых не спасли новые винтовки и дисциплина. Разгром был полный, остаток спасшихся рот вернулся в форт, бросив своих раненых, чьи мёртвые головы вскоре украсили обломанные ветви, вокруг места битвы.

Потери были ужасающими, в живых осталось меньше половины солдат. Многие были ранены, офицерский, и унтер-офицерский состав, был практически уничтожен, в живых осталось лишь пять офицеров, и семь капралов. А дикари получили богатые трофеи, и теперь стали обстреливать из винтовок форт.