— Надеюсь, он не развяжется, — выдохнул я, утирая пот.

— Надо искать книгу быстро, — заметил Енох, — а то он тут и умереть может, в этом подвале.

Я согласился, Енох был абсолютно прав.

— Пошли! — сказал Енох.

И хоть хотелось сесть на землю, пришлось идти. Кроме того, очкарик же был не один. Где-то здесь, в этих полузаброшенных трущобах могут быть его коллеги. Не хотелось бы встретиться.

Я шел вслед за Енохом. И казалось длинной дороге не будет ни конца, ни края.

— Сколько ещё? — прохрипел я, пытаясь отдышаться, пить хотелось адски.

— Два поворота осталось, — сказал Енох.

Но я уже, зная, что для Еноха два поворота, то для меня двадцать два поворота, не сильно приободрился, однако шел на морально-волевых.

— Ну что там? — прорычал я, теряя терпение.

— Сюда!

Я нырнул за Енохом в дыру в заборе и вдруг нос к носу столкнулся с теми двумя чекистами, которые были с очкариком.

В первое мгновение обалдели и они, и я.

Но затем один из них, здоровый бугай с усами, отмер и заорал:

— Никита, это же он! Тот шкет!

На шкета я обиделся, но отвечать было некогда — я драпанул прочь.

— Не сюда! — воскликнул Енох, но было уже поздно: я забежал в ближайший двор, сплошняком состоящий из каких-то полуразрушенных складских помещений и сараев. Выхода не было, за мной бежали чекисты.

Я машинально оглядывался в поисках выхода.

— Сюда! — Енох замерцал возле крайнего сарая.

Я рванул туда.

— Здесь дыра! Постарайся пролезть! — заверещал Енох, причитая, словно наседка над цыплятами.

Дыра была небольшая, такое впечатление, что её какая-то собака прорыла. Только очень большая собака. Но выбирать не приходилось. И я со всего маха влез в дыру и протиснулся внутрь.

Это оказался небольшой лаз. Зачем он был здесь — непонятно. Подозреваю, что раньше тут были склады с каким-то товаром и ушлые работники нашли способ подворовывать помаленьку, минуя сторожей.

Как бы то ни было, мне сейчас этот лаз сослужил хорошую службу. Да что говорить — буквально спас меня (особенно, если я таки смогу отсюда выбраться).

Я успел полностью юркнуть туда, когда во дворе послышались крики чекистов. Опять кто-то пальнул в воздух. Раз, другой.

Пока они там орали и стреляли, я юрким ужиком ввинчивался всё ниже и ниже. На секунду мелькнула мысль, что если где-то обвал, то я застряну здесь навсегда. И непонятно, что хуже — умереть в земляном мешке, или же в пыточной камере.

— Что там? — прохрипел я, задыхаясь от пыли, мелкой взвеси песка и нехватки воздуха.

— Ещё столько же, — расстроил меня Енох.

— Там обвалов нету?

— Пролезь ещё примерно с два твои роста и самый узкий участок закончится, — теперь уже порадовал Енох.