— Не знаю… я… эм-м-м… потерял его, — растерянно пролепетал он. — Но у меня был тридцать шестой, точно был, я это помню!

— Билетик покажите, товарищ, — опять сказала ему девушка строгим голосом.

— Да нет же, я потерял! Ну просто поверьте, честное слово, честное комсомольское!

— Нет билетика — нет и выигрыша, — нравоучительно сказал ему толстяк с трибуны, вызвав облегчённый смех среди зрителей.

Все засмеялись и облегчённо зааплодировали. Посрамлённый мужик, оправдываясь и потея, вернулся на своё место. Он был очень расстроен и чуть не плакал.

Зато зал ликовал.

— Итак, приз номер два — набор серебряной посуды!

Девушка порылась в коробке и вытащила очередной номерочек.

— Номер сто двадцать восемь!

Зал опять заверещал и зааплодировал. Подскочила толстая тётка и начала бежать к сцене.

— У меня, у меня! — радостно кричала она, в спину ей обжигали завистливые взгляды.

И опять тётка подошла к сцене и не нашла своего номерка.

— Да что же это такое? Не может быть! Вы, гражданка, аферистка! — нравоучительно заявил мужик с трибуны.

— Да это вы делаете всё! Это вы жульничаете! — заверещала тётка, — Да как же мы, люди…

— Вот посмотрите на свои номерки! Все же видят их! — закричали зрители.

— Ну вот, одни только вы не видите, потому что не надо себе приписывать то, что вам не принадлежит! — сказал мужчина за трибуной. — Работать надо, товарищ, и больше думать о беспризорных детях!

Когда вызвали главного победителя, который выиграл золотой приз, на сцену дошёл тощий мужик преклонных лет, и он тоже не нашёл номерка.

— Граждане, это мошенничество! Аферисты! — начал надрываться он. — Я точно помню, я всё записываю!

Он вытащил из кармана какой-то замызганный блокнотик, в махорке и хлебных крошках, и начал всем его показывать:

— Вот в этом блокнотике всё записано! Всё!

— Это вы только что записали! — крикнула с третьего ряда какая-то тётка. — Вы просто хотели воспользоваться ситуацией! Если бы вы выиграли, у вас бы был билет!

— Билет покажите!

— Покажите билет! — надрывались зрители.

Мужик разводил руками — билета у него не было.

— Да что ж это такое?

Я сидел и удивлялся: как же так? И наконец я тоже не выдержал и сказал:

— С ума сойти, вот это они мутят и даже не скрывают этого!

— Да это не они мутят, — хихикнул Моня и прыгнул возле меня.

И положил рядом со мной все три билетика с выигрышными номерами.

— Вот это ты даёшь! — обалдел я торопливо зипихнул билетики под трибуну, пока никто не увидел.

— Ну, небольшая ловкость рук… точнее, лап, и никакого мошенничества, — с тихим достоинством сказал Моня.

— Моня, а зачем ты так?