— Ну… это было чудесно, — сумел произнести я, когда мозг наконец снова заработал. Мы долго стояли, наслаждаясь близостью друг друга. Потом я сложил крылья и выпрямился: — Думаю, нам стоит пойти в комнату и убедиться, что Ангелина с Фиби не объелись пирожными и… — не успел я договорить, как из бассейна вынырнуло обнажённое тело Анны. Её бледная мокрая фигура, на миг мелькнув в дверном проёме, тут же исчезла в коридоре.
— Надо было это предвидеть…
Глава 6
Прежде чем отправиться в свою комнату мы с Юлией и Антониной насухо вытерли друг друга полотенцами. Любой из нас мог бы воспользоваться простым заклинанием, но было что-то успокаивающее в том, чтобы позаботиться о партнёрах собственноручно. Дамы, по крайней мере, взяли с собой одежду. Антонина открыла небольшой разрыв в пространстве и вытащила наружу кремовый комплект подвязок с подходящими к нему бюстгальтером и трусиками. Они резко контрастировали с её кожей, и я не мог отвести взгляд, пока она не застегнула дымчатую блузку. Чёрная юбка и пиджак от костюма вернули её к тому профессиональному облику, который я помнил ещё по Академии. Антонина застегнула на талии кожаный ремень, прикрепив к нему свою серебряную палочку, а затем позволила щупальцам Юлии расчесать и уложить её волосы в пучок.
Юлия же проигнорировала такую мелочь, как нижнее бельё. Обтягивающее серое платье плотно обхватило её идеальную фигуру, а белый жакет до колен дополнил образ. Антонина заплела волосы женщины в пунцовую косу, доходившую ей до щиколоток и закрепила её тремя петлями на затылке, отчего волосы казались намного короче. Надев очки, Юлия теперь выглядела почти точно так же, как и тогда, когда я впервые с ней встретился.
Я не стал заморачиваться, а просто обернул полотенце вокруг бёдер и с двумя женщинами по бокам прошествовал по коридору к своей комнате. Меня уже все повидали в обнажённом виде, поэтому можно было и не обвязываться мокрым полотенцем, но нет причин устраивать Маледикт ещё большее представление, чем мы уже успели устроить, к тому же не хотелось быть грубым с Фиби и Ангелиной.
Не то чтобы Ангелину это уж очень сильно волновало, она в основном просто смеялась надо мной, когда видела, чем я занимаюсь со своими возлюбленными. А Фиби относилась довольно равнодушно к наготе, скорее всего потому, что не была человеком, но не хотелось наглеть перед ней. Она теперь моя кровная сестра, и это не то, с чем я собираюсь шутить. Если буду спать с обеими её мамами, возможно, у неё появятся новые братья и сестры, и эта мысль сдерживала меня.