Закрыв глаза, вздохнул. Ангелина потянула меня за ухо и что-то настойчиво защебетала. Когда приоткрыл веко и посмотрел на неё, писк стал еще настойчивее.
— Нет, я не чувствую себя лучше от того, что знаю. Теперь меня одолевают растерянность и смутная тревога, но придётся смириться с тем, что ничто в этих измерениях не имеет смысла, а законы физики просто не существуют.
Ангелина издала чириканье и похлопала себя по челюсти, а Антонина поцеловала меня в плечо, успокаивая. Как мне теперь отказаться от своей затянувшейся веры в то, что всё должно работать по тем же законам, что и на Земле⁈
Насколько мне известно, у этих планет ядра состоят из кристаллов маны, а их плотность настолько мала, что гравитация почти не учитывается. Потому и деревья здесь растут огромными по сравнению с Землёй, и есть множество других вещей, которые должны быть невозможны на моей родной планете. Существа размером с Маледикт не должно существовать в природе, тем более оно не должно уметь летать. Как бы мне ни хотелось думать, что всё это понимаю, нужно помнить, что существует целый мир школьного образования, которое эти люди считают само собой разумеющимся, и которого я никогда не получал.
Мне было о чём пофилософствовать, пока мы ехали в столицу.
Глава 8
Поездка в Сида-Сити оказалась не совсем такой, как ожидалось. Когда мы приблизились к лесу, я понял, что сильно недооценил размеры деревьев. Среднее дерево достигало тридцати метров в поперечнике, а некоторые гиганты были вдвое больше. Они поднимались вверх не менее чем на двести метров, а их корни расползались далеко по земле, и величиной могли бы посрамить анаконду. Каждое дерево словно втягивало землю в корни под своими огромными стволами, а размер гигантов просто пугал. Их ветви начинались почти в ста метрах над землёй, а затем образовывали зонтики из зелёно-серых иголок, собранных в пучки по семь штук.
— Интересно, при такой величине деревьев, какого же размера могут быть их иголки? — задался я вопросом, проезжая между ними, задрав вверх голову. Вскоре обнаружилось, что деревья не имели шишек, зато у них были цветы и фрукты. Лилия указала на одно из деревьев, среди хвои которого виднелись светящиеся золотые цветы, и объяснила, что эти деревья цветут всего неделю раз в сто лет. Каждый пятый цветок превращается в плод, похожий на синюю тыкву, только крупнее. Умоляющее выражение её глаз заставило меня взлететь и собрать охапку этих цветов. Позже Лилия объяснила, что это мощные и очень редкие ингредиенты для волшебных противоядий.
Антонина предупредила, у её народа есть охранные законы о том, сколько цветов танора можно срывать. Она также начала готовить меня к тому, что должно произойти, но было трудно сосредоточиться на её указаниях, пока мы двигались среди величественных гигантов. Я чувствовал себя странно, кружилась голова. Юлия первой поняла, что это реакция на ману окружающего мира.