это, по-твоему? — Это половина Кристалла Единения. Логично, правда? Даже название на единение двух видов магии намекает. Да ты и сам прекрасно знаешь. Ты ведь собирался объединить разрушение и созидание. — Допустим, я знаю, — недобро прищурился Ларион. — Но я — принц. У меня есть доступ к древнему архиву. Но откуда об этом известно тебе, а, Дайрен? Даже Крайен не понимает, как важно объединение магии. Так глупо собирался использовать Нику для усиления разрушения. Всего лишь. Когда нужно было думать о благополучии нашего мира, о том, чтобы восстановить магию, объединить созидание и разрушение. Но этим, наверное, мы, светлые, отличаемся от темных. Так откуда об объединении знаешь ты? — Все просто, Ларион, — Дайрен остановился в нескольких метрах от постамента. — Крайен не должен был занять трон Таирима. Кристалл выбрал меня. Я почувствовал это, когда поступил в академию и прикоснулся к осколку. — А Крайен понял, что кристалл выбирает другого, и нашел Нику, чтобы чаша весов склонилась в его сторону, — понятливо добавил принц. Так вот, оказывается, кто виноват в моем появлении здесь. Крайен. Он задумывал использовать меня с самого начала. Это он нашел меня, он отдал приказ о зачислении. Готовил для себя. Для своего вступления на трон. Вот только… Крайен говорил, что ему нужна магия разрушения во мне. Значит, о единении созидания и разрушения он не помышлял. Зато об этом прекрасно додумались Ларион и Дайрен. Все хотят меня использовать. Все! Только каждый по-своему. — Уходи, Дайрен. Ника сделала свой выбор. — Правда? Уверен? А может, спросим саму Нику? Но только прекрати для начала на нее воздействовать магией. Или боишься, что иначе Ника за тобой не пойдет? А вернее, вместе с тобой, на трон. — Не боюсь, — Ларион недобро улыбнулся. — Спрашивай, если тебе так хочется услышать ответ Ники. В тот же миг я ощутила, что давление прекратилось. Больше ничто не пыталось подчинить меня — я снова принадлежала самой себе. Ларион выслушал мой рассказ о произошедшем на коронации Крайена. Он знал, что я чувствую. Знал, что отвечу Дайрену. А в нужный момент снова можно будет меня подчинить, верно? Ведь это так легко — заставить меня делать то, что нужно ему! Просто дернуть за нужную ниточку, чтобы не вздумала глупой истерикой и никому не нужными желаниями испортить такой хороший план по восхождению на трон. — Сердечко, послушай… — Не называй меня так. — Хорошо. Ника, — Дайрен сделал еще один шаг, приближаясь ко мне. Заглянул в глаза. И от этого его взгляда сжалось сердце, с болью