к щекам прилила и дыхание сбилось слегка. Я замерла, чтобы ненароком не задеть голую кожу. Даже руки специально на животе у себя сложила. Но все равно так неловко, так… волнующе. — Я… — голос куда-то пропал, — не знаю, как получилось. Кто-то подстроил. Слабость снова накатила, голова закружилась. — Так, разберемся потом. Сначала вернемся в академию. Все же нашла в себе силы повторить вопрос: — Но голый-то почему? Посреди пар… — На мечах мы дрались. Потом освежился. Одеться толком не успел. Уже не пьяный, Дайрен без труда открыл портал и шагнул в него вместе со мной. А дальше были охи и ахи полноватой женщины, дежурившей в лечебном крыле. Да! Оказывается, несмотря на все издевательства над студентами, лечебное крыло здесь все-таки есть. Она напоила меня укрепляющим отваром, прочитала над больной ногой несколько заклинаний и хотела предложить мне остаться в лечебном крыле до завтрашнего утра, тем более что вместо обморока меня начало в сон клонить. Но Дайрен сказал, что доведет меня до комнаты. Видимо, целительница сочла, что мой недуг не так уж страшен, настаивать не стала. Что было дальше, помню плохо. Я все пыталась не заснуть, но с каждым мгновением только глубже проваливалась в темноту. Сквозь сон ощутила, как Дайрен положил меня на кровать. Наверное, уже в моей комнате. Интересно, наши комнаты по-прежнему совмещены? Додумать любопытную мысль уже не успела — все-таки заснула.

Глава 10

Глава 10

Вот где в мире справедливость? После такой нервотрепки я должна была спать сладким крепким сном, но где уж там… Кое-кому очень уж не терпелось повыяснять несуществующие отношения. Во сне я словно бы свалилась в темное марево, плотное, даже чуть пружинящее — вроде бы и магия, но в то же время в высочайшей концентрации. И не абы какая магия, а именно разрушения. — Мне не нравится, когда меня обманывают, Ника, — раздался прямо над моим ухом обжигающий шепот. Испуганно вздрогнув, я попыталась обернуться, но крепкие мужские руки тут же схватили меня, не позволяя пошевелиться. Впрочем, я и не глядя знала, что это опять нарисовался принц Крайен. Нет, ну вот что ему больше некого во сне доставать? — Я тебя не обманывала, — я все-таки пыталась вырваться. — Как я вообще могу обмануть того, кого знать не знаю? То, что ты наведываешься в мои сны и при этом выдвигаешь какие-то требования — вопрос к твоей адекватности, извини за откровенность. Конечно, с принцами, тем более темными, так говорить не стоило. Но после сегодняшнего «общения» с бандитами я была ну очень не в духе. — Я не люблю, когда мне дерзят, Ника, — Крайен по-прежнему не позволял мне вырваться, прижимал к себе непозволительно близко. — И не делай вид, что ты не понимаешь моих претензий. Так кто из них? Ларион или Дайрен? И не вздумай мне сейчас солгать. Вот вроде бы говорил спокойно, но мне прямо таки чудились нотки классического «Молилась ли ты на ночь, Дездемона?» К тому же, его стальная хватка и вправду могла в любую минуту перерасти в придушение. Или в домогательства. И, естественно, ни один из этих вариантов меня не привлекал. Я старалась говорить как можно осторожней: — Я обязательно тебе отвечу, но в чем вообще вопрос? Что именно «Ларион или Дайрен»? Вот и все. Кончилось его показное спокойствие. Резко, за плечи, Крайен развернул меня лицом к себе и чуть ли не прорычал, прожигая яростным взглядом: — Не делай вид, что не понимаешь! С кем из них ты посмела мне изменять?! Или же и с тем, и с тем?! Честно, если бы не страх перед принцем, я бы даже засмеялась над абсурдностью ситуации. Ага, изменять. Да я тут выжить кое-как пытаюсь! И о каких вообще изменах может идти речь? В этом мире вообще все принцы настолько неадекватные, или это мне так повезло? Но жить мне хотелось больше, чем объяснить Крайену, почему он — идиот. Я ответила совершенно спокойно: — У меня нет никаких отношений ни с принцем Ларионом, ни с Дайреном, — и на всякий случай добавила: — Честное слово. Крайен пристально вглядывался мне в