Следующие полчаса все были заняты едой. Кто-то ел жадно, полностью увлеченный процессом, а кто-то жевал медленно, без аппетита. Настроения были разные — одни впали в депрессию, вторые боролись с паникой, третьи рвались в бой и сетовали, что их заперли здесь в четырех стенах.
Мы с Чарли тоже не находили себе места, хватаясь то за одно дело, то за другое, чтобы хоть как-то отвлечься. Иногда подходили к окну, которое располагалось выше обычного уровня. Для того, чтобы посмотреть в него, приходилось становиться на скамейку или хотя бы на цыпочки. Пока за пределами замка было все обманчиво спокойно, лишь в темноте тихо двигались тени тех, кто остался защищать Академию. Где-то там был и Александр… Марк, Скай…
— Что из себя представляет защитный барьер? — поинтересовалась я у Каролины, которая тоже частенько пыталась выглянуть в окно.
— Энергетическую стену, подпитываемую кристаллами, — ответила она, теребя жемчужную нить на шее. — Первый защитный рубеж находится в радиусе трех километров от Академии. Если он будет разбит, останется второй — в радиусе полутора километров.
— Это весь наш сквер, сад, холмы… — эхом отозвалась я.
Она кивнула:
— И немногим больше.
— А третий?
— Третий, самый сильный, расположен непосредственно вокруг самой Академии. Метров сто в разные стороны.
— Как вы думаете, куда отправили всех на защиту? — мой голос дрогнул. — К самому первому барьеру?
Каролина сглотнула:
— Лучше бы ко второму, — и закусила губу так, что на ней выступила капелька крови.
— С ним все будет хорошо, — произнесла я, понимающе глядя на нее.
— Да, с Ричардом все будет хорошо, — отозвалась она, отходя.
— И с Марком тоже, — прошептала я ей вслед.
Каролина, услышав это, остановилась, ее спина напряглась. Из ее груди вырвался сдавленный вздох.
И в этот момент стены замка дрогнули, а окно озарило яркой вспышкой света.
— Первый барьер пал, — бесцветным голосом заключил доктор Райнс.
Глава 25
Несколько минут мы все стояли, не двигаясь, охваченные страхом, и смотрели в окно, как небо вспыхивает разными цветами, словно северное сияние. Это было бы даже красиво, если бы не несло в себе смертельную опасность.
— И что теперь будет? — проговорил кто-то.
Но этот вопрос повис в воздухе. Ответа на него ни у кого не было, даже у преподавателей.
Сзади раздались всхлипывания. Нервы не выдержали у моей однокурсницы Хильды, и она расплакалась. Эстер Дюк обняла ее и увела в дальний конец зала, чтобы успокоить.
Теплая рука коснулась моей, вырывая из ступора. Ян. В его глазах отражался страх, но слез не было.
— Мы победим их, — сказал он совсем не с детской решимостью. — Вот увидишь.