— Любовь не может быть незначительной, — я обняла Чарли за плечи. — Разделенная или неразделенная, она помогает нам расти, меняться, ценить больше вещей…
— Наверное, ты права, — подруга положила голову мне на плечо. — И тебе повезло. У вас с Алексом все хорошо. Даже завидно немного…
Я же при этих словах слегка напряглась. Вспомнила о своем уродстве, о комплексах Александра насчет его глаз… Выдержит ли наша любовь эти испытания?
— Кстати, — встрепенулась Чарли. — О Марке. Точнее, о Каролине. Смотри, что она нам передала, — и подруга потянулась к ящику письменного стола, достала оттуда небольшие прямоугольники из плотной лощеной бумаги. На них было что-то написано серебристыми чернилами, но Чарли передала их содержание раньше, чем я прочитала: — Это приглашение на их свадьбу с Ричардом. Она состоится уже через две недели, представляешь? В нашей часовне.
— И нас тоже пригласили? — я была в некотором смятении.
— Как видишь. Всю нашу шестерку.
— И Марка тоже… — протянула я. — Как он отреагировал?
— Я не видела, — призналась Чарли. — Он ушел чуть раньше, и Скай понес ему приглашения сам. Ему и Александру.
Ох… Только бы Марк смог удержать себя в руках и не наделать глупостей. От таких-то новостей.
Глава 21
Мои опасения, кажется, оказались напрасными: Марк вел себя, как и прежде, будто в свадьбе Каролины и Ричарда не было ничего, что бы его ранило. Впрочем, при нем мы все старались обходить эту тему стороной, и сам он не заводил разговоры на нее, даже наедине с Александром.
Чарли тоже не спешила объясниться со Скаем, хотя я видела, что он этого ждет, но не решается начать первым.
— Нам сейчас не до этого, ты же видишь, — отмахивалась подруга. — Мы не знаем, что нас ждет завтра.
В этом была доля правды. В Академии царило заметное напряжение. Оно висело в пустых коридорах, где сейчас все реже слышался смех и болтовня студентов, безучастной маской застыло на лицах преподавателей, тяжелым камнем лежало на сердце всех тех, кто имел несчастье близко узнать Властителя и потерпеть от него поражение. Это было похоже на затишье перед бурей, но когда грянет гром, никто не знал. Время теперь начало работать против нас, все ближе была весна, и скоро наш враг станет сильнее прежнего. Лукрецкий днями пропадал где-то в Совете, возвращался оттуда озабоченным и мрачным. Иногда он собирал у себя приближенных преподавателей, и они долго о чем-то совещались. Нам пока никто ничего не сообщал, даже когда мы интересовались, как быть дальше.
— Набирайтесь сил, — говорил Роберт из раза в раз. — Вам еще нужно вернуться в форму, прийти в себя.