— Недели три.

Три недели? Всего три недели? У меня внутри все упало. На лице Чарли тоже отразился испуг, Скай поник, а Марк протяжно выдохнул. Александр отвернулся к окну и ушел в свои мысли.

В кабинете вновь воцарилось гнетущее молчание.

— Ладно, ребята, идите, — сказал наконец Лукрецкий. — Завтра в девять утра жду вас в зале собрания для преподавателей. Александр, задержись на пять минут…

Я бросила на Алекса взволнованный взгляд, но он кивнул мне, успокаивая.

Мы только вышли из кабинета, как нам навстречу из тени ниши выбежала Каролина.

— Как вы? В порядке? Не пострадали? — ее голос дрожал, а взгляд был устремлен в первую очередь на Марка.

— Нет, к счастью, все обошлось, — ответить пришлось мне, поскольку Чарли и Марк упорно молчали, Скай же вообще был неразговорчив.

— Что с тобой? Что это за страшные волдыри? — Каролина, точно забыв обо всем, потянулась к лицу Марка, но он сделал шаг назад, не давая ей прикоснуться к себе.

— Ничего, что бы стоило вашего волнения, — сухо ответил он. Затем обошел ее и направился прочь по коридору.

— Это укусы диких пчел, — все же шепнула я Каролине, уходя последней. — Ничего страшного.

И на ее лице промелькнула благодарная улыбка.

Я же волновалась, зачем Лукрецкий оставил Александра. Снова будет третировать его? Или что-то другое? Но сегодня Роберт не казался агрессивным, даже по отношению к сыну. Мне очень хотелось дождаться, когда Алекс выйдет, но меня позвала Чарли:

— Диана, ты идешь или нет? — при этом она напряженно поглядывала на Каролину, которая так и не ушла до сих пор.

— Да, иду.

Ладно, поговорю с Алексом позже.

— Я прямо не верю, что мы снова в Академии, — Чарли, переступив порог нашей комнаты, сразу рухнула на кровать. — И немного даже рада, что появились эти твари. Иначе куковали бы там неизвестно сколько.

— Даже не знаю, согласиться с тобой или нет, — усмехнулась я.

— Что вы там с Алексом делали, а? Зачем уединялись? — подруга посмотрела на меня с прищуром. — Перед тем, как твари появились.

— Ну… Это не так важно, — я смущенно улыбнулась, вспоминая наш поцелуй. В животе сразу стало горячо, а сердце сбилось с ритма. Но потом в памяти всплыло то, что предшествовало всему. — Важно кое-что другое… — я села рядом с Чарли на кровать. — Я разговаривала с… другим Александром.

Мне нужно было это кому-то рассказать, подобное носить в себе я больше не могла. И не знала, стоит ли сообщать об этом самому Алексу, ведь временная материя — очень деликатная субстанция. Поэтому я все же выложила все Чарли, даже то, как видела Алекса из прошлого в сквере на своих занятиях.