Первым поднялся Тардел.

— Это беззаконие! — выкрикнул он, едва к нему приблизились. — Я — барон, представитель Совета клана! Я требую…

— Заткнись, старый дурак, — отрезала Лия. — Всё кончено. Я видела ваши собрания и дам показания в суде.

Герцог усмехнулся. Происходящее, казалось, немало его позабавило.

— Ваше происхождение не оправдывает ваших деяний, барон Тардел, — ответил Варейн. — Помимо прочего мне известно, что вы намеренно затягивали поставки провианта в Элун. Это измена. И вы ответите.

Гвардейцы схватили Тардела под мышки. Он дёрнулся, но в артефактных перчатках бойцов были встроены стяжки. Металл плотно сомкнулся на его запястьях. Тардел завизжал, как резаный.

Граунт попытался встать, но его просто придавили обратно в кресло.

— Это фарс! — взревел он. — Варейн, ты нарушаешь Устав! Ты не имеешь права судить нас в одиночку!

— Кто сказал, что судить я вас буду в одиночку? — отозвался глава клана.

Граунт сжал губы в тонкую полоску. Глаза у него были стеклянные. Он всё понял. И оттого даже не сопротивлялся, когда гвардейцы скрутили его и повели прочь из банкетного зала.

Первым вывели Тардела, за ним — Граунта. Высокие двустворчатые двери захлопнулись за ними, и в зале снова воцарилась тишина.

Варейн снова повернулся к столу.

— Два кресла Совета теперь свободны, — сказал он. — И в ближайшие дни я объявлю, кто займёт их.

Он замолчал. А потом, чуть склонив голову, посмотрел на Лию.

Лия поднялась. Медленно, грациозно — и, как всегда, немного упрямо. Она взяла бокал и обвела зал взглядом.

— За верность клятве, — произнесла она. Чётко, звонко. И уже гораздо тише добавила — И за свободу.

Я кивнул. Варейн — тоже.

Гости подняли бокалы и сделали по глотку.

— А теперь, почтенные гости, — улыбнулся Герцог, — давайте всё же вернёмся к горячему. Поверьте, оно поистине изумительное.

* * *

Кабинет Герцога Варейна хранил запах чернил, старинных пергаментов и оружейного масла. Даже здесь между рядами шкафов висело оружие — лучшие образцы искусства Пламенников и Лунорождённых.

Я вошёл первым. За мной — Лия. Она шагала чуть позади, но больше не прятала лица и не искала в моём взгляде поддержки.

Варейн стоял у окна, спиной к нам и медленными глотками пил что-то из простого походного стакана. В быту глава клана был совершенно неприхотлив, и это всегда вызывало у меня симпатию.

— Проходите, стражи, — сказал он, не оборачиваясь. — Можете сесть.

Мы остались на ногах.

— Лия Артан, — начал он, наконец повернувшись, — ты столкнулась с самым тяжёлым выбором между кланом и собственной семьёй. Ты знала, что собирался сделать твой отец и всё же пришла ко мне с признанием. Это не просто поступок. Это — истинная верность клятве Лунорождённого.