— Лиска! — хрипло выдохнул я.
И вдруг кто-то крепко схватил меня сзади за шею, зажимая рот ладонью в жесткой перчатке.
Глава 10
Отреагировал я на чистых рефлексах, даже в серый мир нырять не понадобилось. Дал нападавшему по голени пяткой, отработанным приемом вывернулся из захвата. Еще секунда — и уже я оказался за его спиной, выворачивая ему руку так, что он уткнулся лицом в пол, завывая от боли.
— Тихо! Тихо, бл…! — зашипели со всех сторон из темноты.
Я замер, быстро окидывая взглядом обстановку. Помимо подкравшегося ко мне мужика, линзы выхватили из темноты силуэты еще троих, рассеявшихся полукругом на некотором отдалении.
Люди. Обычные люди. Тот, что справа от меня — в камуфлированной форме и бронежилете, направил на меня ствол укороченного АК. И остальные вооружены, правда, только пистолетами. Тот, которого я скрутил — крепкий, белобрысый, тоже в бронике.
— Да отпусти, больно, блин… — прохрипел подо мной блондин. — Руку выломаешь!
— А ты не дергайся, — проворчал я, настороженно поглядывая на направленные на меня стволы. — И вы пушки опустите.
— Ян, ты, что ли?
Я обернулся на крайний слева силуэт и, приглядевшись, наконец, немного расслабился.
— Макс?
— Ты его знаешь? — переспросил вояка с автоматом.
— Да, это Ян Раевский! Мы в одном районе росли. Айкидо занимались вместе…Да кончайте уже быковать! Ян, отпусти Ромку!
Я разжал, наконец, хват, выпуская белобрысого. Тот, постанывая, принялся растирать заломленную руку.
— Возле окон не маячьте! — проворчал командир. — За мной!
Мы стянулись вглубь здания, укрывшись за толстой несущей стеной. Я последовал за группой неохотно, то и дело оборачиваясь в сторону окна.
Впрочем, что еще я там надеюсь увидеть?
В груди все просто горело огнем. Я чуть не бросился к пирамиде сразу же, как увидел там Лиску. Наверное, даже к лучшему, что эти четверо меня отвлекли. По жизни я всегда очень уравновешен, со стороны даже, наверное, выгляжу флегматиком. Но в такой ситуации любой взорвется. Наружу прут какие-то глубинные, звериные инстинкты. Защитить свою стаю, свое потомство, разорвать чужака, сунувшегося на твою территорию. Я поймал себя на том, что скалю зубы и сжимаю кулаки при одном воспоминании о жнецах.
Амальгама помогла быстро справиться с эмоциями — буквально за несколько секунд, пока я шел за Максом и его товарищами. Но нельзя сказать, что я успокоился. Скорее бурная, обжигающая ярость сменилась холодной. Мысли в голове затикали, будто шестерни часового механизма, перебирая варианты. Я даже не сразу услышал, что меня о чем-то спрашивают, пока Макс не потрепал меня по плечу. Я дернулся, с трудом удержавшись от того, чтобы и ему руку не заломить в удерживающем приеме.