— Увы, пока не полная книга, примерно половина.

— Все равно давай, — потребовал Майкл и хлопнул себя по лбу, — О, заговорился и забыл совсем. Вот, возьми.

Он протянул мне несколько убористо исписанных листков.

— Это что? — растеряно, уставился я на неровные строчки.

— Не думал, что у тебя настолько хороший слог. Все же нелегко одинаково хорошо писать на разных языках. Ладно, мне приходится постоянно оба использовать, с детства привык автоматически переходить с одного на другой, даже не замечая этого. У тебя такого опыта нет, даже удивительно, как хорошо ты смог освоить английский. Но все равно, несколько раз ты не совсем правильно используешь некоторые идиомы, получается не совсем понятно, что имеется ввиду. Я такие моменты специально выписал с объяснением ошибки.

Оп-па, а вот это крайне интересно. Такие моменты ни в школе, ни даже в институте не узнаешь, их понимание достигается только практикой с живыми носителями языка. А свои ошибки нужно не только знать, но и понимать, дабы избегать в дальнейшем. Что же, допечатать текст я могу и позднее.

— Спасибо, Майкл, — я убрал руки с клавиатуры, развернулся к гостю, — Только давай-ка, ты мне прямо сейчас подробно объяснишь, где и в чем именно я не прав, так я лучше запомню.

Американец, похоже, не ждал такой подставы, собираясь прямо сейчас залечь в кроватку с книжкой, но спорить он не стал, только вздохнул, подсаживаясь к столу.

Нет, все же зря я в марте на судьбу роптал, что пришлось ехать в Москву для его встречи. Знакомство оказалось крайне удачным, а если его папа поможет приятелю сына (не за так, конечно, а за долю малую) и пристроит рукопись в хорошее издательство, то я вообще буду премного доволен.

— Удивительное дело, в книге никаких благородных героев, одни негодяи, а как захватывает, не оторваться буквально. Может тебе все же ввести какого-нибудь рыцаря без страха и упрека в сюжет? — пошутил американец, когда мы закончили с разбором узких мест в книге. В принципе их оказалось не так и много. Не обязательно даже всю рукопись переделывать, достаточно внести изменения на странице.

— Я же тебе давал недавно «Двенадцать стульев» и «Золотого теленка» читать? Там тоже главные герои и большинство второстепенных — это самого разного рода проходимцы. И, тем не менее, книга увлекательнейшая, — начал я пояснять.

— Да это ясно, — кивнул мой американский приятель, — Ты постарайся за границу выехать. Если в США самому не получится приехать, то хотя бы позвони мне, попробую сам прилететь.

— Заметано. Don’t Worry, Be Happy. Не сомневайся, приеду, если визу дадут. Ты мне другое скажи. Когда ты нас покидаешь? Определился?