— Ну, что? — говорю, — Собирайтесь. Будем на тот берег переправляться. Там уже чай горячий готов, попьем, да поедем домой.

Это в том варианте ребятишки три недели на острове куковали, в этом поменьше, но все равно, немало. Сегодня 3-е июня уже, а они 25-го мая в плавание отправились. Считай, девять дней без еды, тепла. Еще и комары замучили, вон, лица и руки расчесаны.

— Дядя, а почему у вас лицо в крови?

Потрогал, действительно, кровь, царапина на скуле. Точно, коряга на плот налетела. Каска спасла, приняла на себя основной удар, а по скуле, наверное, веткой хлестнуло. Впрочем, мелочь. Улыбнулся:

— Ударился, ничего страшного.

Но смотрю, парни еле ковыляют, ослабли сильно.

— Так, стоп, — сказал, — Вот что, подождите здесь немного. Я сейчас кое-что сделаю и за вами приду.

— Дядя, а у вас покушать ничего нет? — младший спросил.

Вот же, не взял я ничего. А с другой стороны им сейчас нельзя грубой пищи, жиденького надо.

— Сейчас переберемся, на том берегу уже разогревают еду. Потерпите совсем чуть-чуть.

Закрыл дверь и припустил со всех ног к переправе. Опять руками замахал, привлекая внимание, потом большой палец оттопырил, вверх вытянул руку, показывая, что все в порядке, нашел. Парни закивали, мол, поняли.

Первым делом закрепил грузовой трос на лиственнице. Как завязывать узел под руководством Майкла несколько раз отработал, так что на автомате завязал. Пришлось подождать, пока парни на своей стороне натянут веревку полиспастом. Без натяжки никак, канат провисать не должен — ребятишкам сейчас только купания в ледяной воде не хватало.

Ну, все, можно поспешить за робинзонами, а то они, небось, уже переживают, куда я делся. Добежал до балагана, схватил в охапку младшего, он совсем легкий.

Притащил, поставил на землю. От страховочного троса ножом отхватил кусок, обвязал парнишку под грудь беседочным узлом, еще один сделал, как сидение, подвесил ребенка на карабинах на трос.

Улыбнулся мальчику, сказал, чтобы не боялся ничего и давай руками махать, чтобы тянули. На том берегу поняли, взялись за челночный конец и мальчишка плавно поплыл над протокой. Убедившись, что ребенка благополучно приняли на земле, вытянул обратно транспортировочную веревку и поспешил обратно к хижине робинзонов.

Второй парнишка оказался тяжелее, несмотря на голодовку, пришлось усаживать его себе на закорки, в руках его тащить оказалось тяжеловато. Поставил на пенек, обвязал веревкой, обхватил ноги ребенка руками и поспешил на берег.

Переправил второго пассажира, сам пока торопиться не стал. Сходил к плоту, обрезал удерживающий его канат, столкнул сослужившую службу переправочное средство в воду. Пусть его течением разобьет в щепки. Опасаюсь я его тут оставлять — пацаны же мимо такого подарка не пройдут, обязательно в плавание отправятся. А оно надо? Еще утопнет кто-нибудь.