Неумолимый животный ужас захватил сознание. Что эти проклятые горожане собрались с ней делать? Пытать? Мучить? За то, что она дала отпор охранникам?

Перед глазами ожили картины из жутких баек о горожанах, о том, что они делали с похищенными людьми по слухам.

А это… лаборатория… Катя читала о них в книжках. Неужели она сама теперь выступит объектом исследований или опытов!

Сердце сжалось.

Необходимо освободиться как можно скорее! Чутьё подсказывало, что немедленно надо бежать. Видать Катя сильно насолила, разобравшись с охранниками.

Она подёргалась в попытке раскачаться и ослабить путы, но ничего не вышло. Тот, кто связал Катю, постарался на совесть.

Через некоторое время дверь открылась и в помещение вошли несколько человек в белых одеждах. Они что-то весело обсуждали на немецком. Катерина знала, как звучит этот язык, так как староста и вся его семья общались на нём между собой. Сама она не понимала ни слова.

Мышцы напряглись.

Люди в белом обступили её со всех сторон. Один из них с белыми мохнатыми бровями взял какой-то прибор из тех, что разложила лаборантка на столе.

– Эй! Что происходит?! – вскрикнула Катерина.

В руках белобрового блеснул шприц и какой-то пузырёк. Запахло спиртом, к коже руки прикоснулись холодной мокрой ваткой и стали тереть.

Катя дёрнулась изо всех сил.

– Да что вы все молчите! Что вы собрались мне колоть?! Не смейте! Слышите! – закричала Катерина во весь голос и задёргалась так, что ремни затрещали.

Незнакомцы переглянулись, обменялись какими-то фразами опять на немецком. Белобровый отложил шприц и заглянул Кате в глаза. Она вопросительно уставилась на морщинистое лицо.

– Развяжите! – скомандовал мужчина остальным на чистом русском.

– Вы уверены, господин Гридманн? – спросил его кто-то из людей в белом.

– Абсолютно, – подтвердил господин Гридманн, распрямившись.

Кто-то что-то нажал на кушетке и ремни разом все раскрылись. Катя приподнялась на локтях и с недоверием обвела всех взглядом.

– Не волнуйся, Катенька, никто тебя здесь не обидит, – заверил господин Гридманн, опустив с лица марлевую маску. Он улыбнулся широким ртом, отчего морщины на его лице стали глубже.

– Что-то мне в это с трудом верится, – нахмурилась Катя, спрыгнув с кушетки. – И откуда вы знаете, как меня зовут?

– Мне рассказали. Всю информацию о тебе мне передали. Ты ведь за родителями сюда пожаловала, не так ли?

Катерина замерла.

Кто мог передать о ней информацию? Это значит, что кто-то следил за Катей всё время? И для чего? Она, ведь, просто девушка!

– Кто передал? Какую информацию? – забеспокоилась Катя.