Подумать только! Взять Катю под опеку, когда она лишилась родителей, никто не захотел, кроме деда Кузьмы, но зато совать свой нос в личную жизнь Кати, советовать ей, воспитывать её считал своим долгом в посёлке чуть ли не каждый.
Поразмышляв ещё немного, Катерина пришла к выводу, что прадеды поступили правильно, в своём стремлении сохранить свою веру и традиции, отказавшись от благ цивилизации и технического прогресса. Но они никак не предвидели, что их правнуки доведут их идеи до абсурда, и за это Бог попустит притеснения и неприятности от горожан. Это говорило о том, что наступила пора, что-то менять, и менять глобально, вот только как, Катя пока не могла ответить себе на этот вопрос. Ей бы хотелось жить в условиях города, но по своему укладу.
Катерина подошла к зеркалу, глянуть на себя хоть одним глазком. Из отражения смотрела исхудавшая и бледная девушка со снежными волосами.
Расчесавшись, она вышла на просторный балкон.
Слабенький дождик закрапал по коже. Катерина подставила лицо прохладным каплям.
– Катя! Катя! – позвали снизу.
Голос доносился из-под дерева.
Катя перегнулась через перила.
Намокая, под дождём внизу стоял Никита. Его мокрые кудри наполовину распрямились. Обеспокоенные глаза моргали от попадавших в них дождевых капель.
– Катя! Наконец-то! – просиял Никита.
– Что ты там делаешь? – удивилась Катерина. – Хочешь простыть?
– Нам надо поговорить! – объявил он. – Горожанин этот, Северный, что-то узнал о твоём происхождении!
– О моём… О папе с мамой? А что? Что он узнал? – волнуясь спросила Катя. – Не тяни! Говори скорее!
– Не могу, Катя! Давай встретимся у умывален этих… Я тебе всё расскажу! Катя! Это очень важно! Нам с тобой надо как-то бежать отсюда! Здесь нельзя оставаться ни минуты. Северный – он не тот, кем кажется! Он что-то задумал! Горожанам нельзя верить!
Катя закусила губу.
– Хорошо. Я приду к термам, поговорим, – согласилась она в итоге.
Никита кивнул и скрылся за ветками.
Катерина повернулась, чтобы уйти с балкона в комнату и ахнула. Прямо за спиной стоял Ариан Мстиславович со строгим выражением на лице.
– Служанка сейчас принесёт тебе одежду, а когда она тебя накормит, то проводит ко мне в кабинет. Нас ждёт разговор, – без приветствий объявил он и вышел, покинув комнату.
Катя с облегчением выдохнула. Она и сама не поняла, чего так напугалась, что внутри била дрожь. Разве ей кто-то запретил общаться с Никитой? Или она не вольна делать всё, что захочет? Разве ей кто-то, что-то запретил? Нет. Так почему же Катя так испугалась того, что Ариан Мстиславович мог услышать их с Никитой?