– Но там же моя семья! Там и дед Кузьма. Ты, что, про него уже забыла?

– Конечно, нет! Надо думать, как всех спасти. Теперь, у нас есть шанс. Когда власть перейдёт моему папе, тогда и…

– А если нет?

– Что нет?

Никита прищурился.

– Катя, ты наивна и глупа. Ты веришь этому Северному? Нет никаких гарантий, что всё случится именно так, как ты говоришь. Да может он безумен или ещё что-нибудь!

– В любом случае надо использовать выпавший шанс…

– Но я не хочу стать мутантом. Я не хочу, чтобы нас разлучали, я не хочу играть преданного раба!

– У тебя нет другого выбора.

– Выбор есть всегда.

Катерина вздохнула.

– Не делай глупостей. – Её взгляд стал мрачным. – Ты знаешь, о чём я.

– Я сам решу, что делать.

Он первым ушёл с террасы. Катя проводила Никиту настороженным взглядом. Как же не хотелось, чтобы он всё испортил.

Остаток дня Катерина бродила по особняку туда-сюда, слонялась от скуки, смотрела на рыб в аквариуме, ела, пила, купалась в бассейне. Она никогда и представить не могла, что можно так вот провести день бездельно и праздно.

Так прошла неделя. Никита больше не появлялся, всячески избегая встречи с Катей. Она от этого только радовалась и благодарила Бога за то, что ей больше не приходится придумывать, как избавиться от надоедливых приставаний. За это время Катя старалась больше общаться с Глафирой Петровной. Вместе они предавались радостным воспоминаниям о былой жизни. Глафира Петровна рассказывала о Катиных родителях, какими их запомнила, о своём муже, который погиб от аномалии, попытавшись исследовать дальние участки округи. Катя же рассказала ей всё, что узнала сама в недавнее время, вызвав потрясение у Глафиры Петровны.

– А мама с папой что-нибудь говорили о своём прошлом? Как вообще они появились в посёлке? – решила спросить Катерина в ходе беседы.

Глафира Петровна поправила коричневый передник и задумалась.

– Они родились в посёлке. Мы ещё детьми дружили все, – ответила она.

– Тогда я ничего не понимаю! – Катя закусила губу и уставилась в чашку с чаем.

Глафира Петровна присела на стул рядом с ней.

– Если над жителями посёлка проводят опыты, как ты говоришь, то, вполне возможно, что учёные распылили там этот свой порошок и заставили всех думать, что… Нет! Что я несу! – Она зажала рукой рот.

Катя подняла круглые глаза.

– Вполне возможно! Всех заставили думать, что папа не пришлый, а коренной житель с помощью какой-нибудь технологии!

Катя принялась с жадностью есть булочки и запивать чаем, не чувствуя при этом вкуса еды из-за поглощённости в собственных мыслях.

Спустя ещё пару недель, когда скука от безделья уже в конец замучила, вечером воскресного дня вернулся Ариан. Катя увидела его, сидящим у пруда, и вихрем помчалась узнавать новости.