Сразу за углом был поворот, за ним еще один, после него я оказался на пороге небольшой комнатки, в глубине которой располагалась еще одна дверь. Слух меня не подвел — Эрли была тут, в компании двух здоровых молодцов в черных, расшитых золотом мундирах. Официальная форма следователей Королевского корпуса стражей — видел ее на картинках в книгах. А затем дверь в стене отворилась, и в комнату вошел еще один человек в таком же мундире. И если первых двух я не знал — обычные мужики, — то с этим был знаком прекрасно. Кто же в моем времени не знал главную ищейку демонов — Аргелио! Много людской крови он пролил, служа демонам, и мало кого ненавидели так же. Так вот как начиналась его карьера до войны — в Королевском корпусе стражей!

Скосил глаза на его ноги — форменные штаны были в короткой серой шерсти. Значит, магический питомец у него есть уже сейчас — неудивительно, что он продался демонам душой и телом!

Наверное, мое лицо не осталось бесстрастным — я плохо умею скрывать ненависть к врагам, — потому как его лощеную физиономию перекосила гримаса удивления:

— Мы с тобой знакомы, пацан? Странно, если так — я-то тебя в первый раз вижу! А ты смотришь на меня так, словно я тебе в суп нассал!

— Это вряд ли — в отличие от вас, я не ем в местах, где ссут в суп! — ответил я и тут же пожалел, что не придержал свой язык — ненависть все же плохой советчик! Щека следователя недовольно дернулась, но он тут же сделал вид, что мой резкий ответ его не задел:

— А ты у нас остроумный парнишка! Эйсон, верно? А это твоя сестричка — Эрли?

Мы с сестрой подтвердили, что нас так и зовут. Хоть Эрли молодец, в отличие от меня — как я ее и учил, отвечала сугубо односложно и держалась непринужденно. Но ей и легче — у меня-то от ненависти скулы сводило, едва я смотрел на рожу Аргелио. Как часто я ее видел на плакатах в наших лагерях, оповещающих солдат и офицеров, кого нужно уничтожать у врага в первую очередь! На вид — обычный аристократ, высокий, относительно молодой, волосы только слегка тронуты сединой, черты лица правильные. Человек как человек, но сколько боли и вреда он нанес всему человечеству! И я даже понимаю, что это не совсем его вина, что он делал это, будучи порабощен своим «питомцем», но если я начну входить в положение и сострадать, смысла засылать меня сюда не было — человечество снова гарантированно окажется под пятой демонов.

Дальше посыпались стандартные для первых минут допроса вопросы — кто наш отец, какие еще есть родственники, как давно мы уехали из своего города, сколько нам полных лет. Никто ничего не записывал, из чего я сделал вывод, что они уже и так все это знают, просто изучают, насколько охотно и честно мы с сестрой отвечаем на вопросы. Дело шло к тому, что вот-вот пойдут вопросы поострее, как вдруг в коридоре зазвучали шаги. Кто-то двигался сюда уверенно и властно.