Но сколько он ни переживал, этим делу не поможешь. После устроенного ректором официального прощания с грандмагом, что означало, что его признали мертвым, пришло время открыть завещание. Древч, как было принято, позвал двух других профессоров — деканов Барта и Жердара, — чтобы они засвидетельствовали волю покойного. Конверт оказался очень пухлым, и был закрыт по контуру аж тремя печатями.

Профессора удостоверились, что они не взломаны, после чего Древч начал рвать конверт. Это был самый лучший способ его открыть, потому что печати были магическими, и сломать их было не так и легко. Они даже светились из-за влитой в них силы грандмага. Зато когда конверт был порван, они тут же погасли и рассыпались в прах.

Помимо множества бумаг, в конверте лежал еще один закрытый конверт, без печатей, на котором было написано:

— Вскрыть лично профессору Древчу, без свидетелей.

С согласия свидетелей, Древч отложил его в сторону, и они принялись знакомиться с остальными бумагами. Как обычно и бывает, наследство от грандмага было достаточно солидным — дома и квартиры в столице, земельные участки, пакеты акций различных предприятий. Все это было записано на Древча.

Закончив знакомиться с бумагами, профессора поздравили Древча с солидным наследством и удалились. Он был совсем не против — его мучало любопытство, что же в последнем конверте? Оставшись один, он немедленно открыл его. Внутри оказался лист бумаги и еще один запечатанный конверт с надписью:

— Для студента первого курса Эйсона.

Удивленно подняв брови, Древч отложил конверт в сторону и принялся за чтение письма:

«Древч! Все, что у меня есть, я формально оставляю тебе — этому никто не удивится, все знали, что мы были друзьями. Но у меня есть просьба — при необходимости используй всю эту сумму или часть ее для помощи Эйсону, студенту первого курса, которого ты так расхваливал в наших беседах. Пообщавшись с ним, я понял, что ты ничего не преувеличивал, он полон загадок, и это возродило во мне почти утраченный интерес к жизни. Ты знаешь, я много где побывал, многое делал, и считал, что интересных загадок для меня осталось мало».

Отложив на минуту письмо в сторону, Древч горестно вздохнул. И вовсе не из-за распоряжения грандмага использовать оставленное богатство на нужды Эйсона, а из-за фразы друга, что у него вновь появился интерес к жизни всего за несколько дней до его смерти. Богатства Древча интересовали мало — он готов был отдать все свои деньги за одну неизвестную ему редкую монографию о монстрах. Возможно, именно поэтому Зерелиус и выбрал его душеприказчиком.