— И ничего постыдного я в этом не вижу!

— Да успокойся ты уже, — попросил я. — Мы на твоей стороне. Ксюш, объясни пожалуйста.

И Ксюша объяснила. И чем дольше она объясняла, тем шире становились глаза Бободжона. Да, требовать адвоката — это одно. Это мы все в фильмах видели. А вот на то, чтобы всерьёз разобраться в собственных правах, когда у тебя три работы и четыре ребёнка… на это крайне трудно найти и время, и силы.

— … именно поэтому мы с тобой и хотели поговорить, — сказал я.

— Ага, — кивнула Ксения Константиновна. — Скажите, Джон, вас часто вызывают работать в непогоду?

— Часто, — а парень аж кулаки сжал. — Я бы даже сказал «всегда».

— А зарплату за подобные выходы индексируют?

— Пятьсот рублей сверху накидывают.

— То есть не в полтора раза?

— Не в полтора…

Ну вот и всё. Альберт Маркович официально мразь. Можно ехать, да брать. Помнится, у меня на повестке дня стоит господин Терентьев, что норовит ударить ниже пояса, но… раз уж подвернулся Дандевиль, пусть будет Дандевиль. Для затравки.

— А не хотел бы ты дать показания?

— О да-а-а-а, — протянул Джон. — Ещё как хотел бы.

— Отлично. Михал Михалыч?

— Да, Ваше Сиятельство?

— Нам бы на арест выехать. Желательно толпой, чтобы у господина Дандевиля не возникло мыслей сопротивляться, и не пришлось решать вопрос «силовыми методами». Справишься тут один?

— Ох, — усы тайника поникли, как моржовые бивни. — Совсем один? Может, Её Благородие Варвара Викторовна останется и поможет мне?

Недавней ссоры и оскорбления Семёновского полка как не бывало. Панкратов может и не простил, а вот его либидо оказалось очень отходчивым.

— Хорошая мысль, — подыграл я. — Варвара Викторовна, останьтесь.

— Эй! Я вам тут не нанималась!

— Вроде бы нанимались, — напомнил я. — Официальное трудоустройство в отдел под патронажем Его Величества всё ещё интересует? — и крыть тут нечем. — Так… Виталя!

— Да?

— Подгони машину ко входу…

* * *

— Ну же! — Альберт Маркович сжал зубы.

Пускай у него в доме электричество не вырубило, он всё равно сидел в темноте. В спущенных по колено штанах и с кружкой давным-давно остывшего чая под рукой. В лицо светил монитор. По окну стучал дождь, в барабане стиральной машины тухло мокрое бельё, а на кухне в раковине откисала примерно вся посуда, что только есть в доме.

Дандевиль был занят. Играл.

— Ну же, ну же, ну же…

Покерный турнир на выбывание был в самом разгаре. И пускай Альберт Маркович всю дорогу потихонечку сливался, сейчас у него появился настоящий шанс удвоиться, — а там, глядишь, и в лидеры выйти. В руку начальнику ЖКХ зашли два туза. Самая сильная из возможных комбинаций.