— Это по нашу с тобой душу, Ларис! — крикнул Терентьев. — Я тебе точно говорю, по нашу! Это всё эти постарались!
Кто такие «эти» Лариса Сергеевна поняла сразу же. А мэр тем временем продолжил истерить:
— Они мне брата не простят, понимаешь⁈ А мне что теперь делать⁈ Сдохнуть что ли⁈ — Иван Геннадьевич в сердцах махнул рукой. — Да кому я рассказываю? Алфёров радуется ходит как дебил, потому что ему сверху разрешили банк не расследовать. Ты молчишь. Ещё и собака эта кудрявая. Как её? Успенская-Ме… Ме…
— Успенская-Меренберг.
— Вот да! Сколько раз она уже звонила?
— Раз двадцать, — буднично ответила Лариса Сергеевна. — Так ведь у неё же работа такая, Иван Геннадьевич. Она ведь журналист.
— Когда не надо она журналист! Где она, когда надо про что-то хорошее написать⁈ Про пандусы новые, например, а⁈ Нету её! А как грязь всякую поднимать… ох, — Терентьев схватился за сердце и присел на пуф.
Краем глаза заметил, что помощница никак не реагирует на его приступ, и подумал о том, что в скором времени может оказаться мальчиком, который кричал «волки». Лариса Сергеевна и впрямь уже привыкла к тому, что он симулирует всякое-разное.
— Это по нашу душу, Ларис, — повторил Терентьев главную мысль.
— Ну и что же вы предлагаете делать? — помощница заговорщицки огляделась по сторонам и перешла на шёпот: — Прикажете Каринского… это-самое?
— Что «это-самое»?
— Устранить?
— Нет! Ты дура что ли⁈ Ты думаешь вообще, что говоришь⁈ С ним Панкратов из Москвы! Орлам нашим ксиву свою в нос совал!
Тут Иван Геннадьевич замолчал ненадолго. Задумался. И сам тоже снизил тон:
— Устранять пока что рано, Ларис. Слишком уж… очевидно. А вот слежку за ними нужно установить прямо сейчас. Вдруг ошибутся где? Или мы поможем им ошибиться, понимаешь?
— Понимаю.
— Только нанять надо кого-нибудь не из наших. Чтобы если вдруг что, то ни одна ниточка к нам не вела. Справишься, Ларис? Есть у тебя такие люди на примете?
— Есть один, — плотоядно ухмыльнулась Лариса Сергеевна. — Лучший из лучших…
Глава 5 Про неправильное хранение
— Утренний рассвет! — пропел я. — Солнце поднималось над землёй!
— Мяу-мяу! — подпел Адмирал Колтун. — Мяу-мяу-мяу!
Хотя ничего он, конечно же, не подпел. Просто опять жрать хочет, вот и орёт.
— Сегодня сухим обойдёшься, — расстроил я кота и насыпал в миску корма.
Пусть не серчает, потому что у меня и у самого завтрак довольно аскетичный получается. Нашёл хлебцы и закрытую банку творожного сыра с нормальными сроками годности; всё остальное из холодильника пришлось выкинуть.
— Просыпался лес! — продолжила за меня умная колонка. — Восхищаясь розовой зарёй!