— Кхм, — Ксюша не мигая уставилась на отпечаток собственной помады на бокале.

Ну… тут уж мне подстрочный текст понятен. И тут у нас налицо страх из разряда «я не справлюсь».

— Сергей, но я ведь никогда не работала по специальности. Я всё испорчу. И мне… скажем так: мне не везёт. Не иногда, а почти всегда не везёт.

— Идеально, — на полном серьёзе сказал я.

— Что?

— «Идеально», говорю. Я именно потому и искал молодого-зелёного, а ты ещё и невезучая до кучи. Сейчас без шуток. Смотри: опытные юристы уже привыкли к тому, как на практике обходить острые углы. Как закрываются глаза на мелкие нарушения, что для галочки, чему вообще никто не следует и всё такое прочее… ты же меня поняла сейчас?

— Кажется да, — кивнула Ксюша. — Примерно.

— Во-о-о-от. А мне нужен ручной цербер-теоретик. Который не знает «как делается», а руководствуется сугубо «как надо». Теперь про твою невезучесть…

Тут я запнулся. Всё моё внимание устремилось на сцену за окном: там перед пешеходным переходом тормознул полицейский бобик.

Но тормознул, казалось бы, и тормознул. Что тут интересного? А интересно то, что его задние двери потихонечку открылись и наружу вылез побитый жизнью бродяга с «озером в лесу». Полулысый такой.

Причём бомжара тут же поймал на себе мой взгляд. Сперва приложил палец к губам, а затем сложил ладошки в молитвенном жесте. Минула секунда, минула вторая. Бобик тронулся, а бомж остался. Поклонился мне в пол, — как будто бы я действительно мог успеть выбежать из ресторана и сдать его полицейским, — а затем вприпрыжку побежал вдоль по улице.

— О чём это я? Ах, да! Невезение, — вспомнил я. — Раз ты сама считаешь себя невезучей, значит привыкла что у тебя всё и всегда идёт не так, как надо. А значит будешь перепроверять всё не дважды, а трижды, и искать подвох там, где юрик с замыленным глазом попросту махнёт рукой. Согласна?

— Согласна, — кивнула Ксюша.

— И насчёт везения давай раз и навсегда определимся, что везёт мне. И этого вполне достаточно. С тобой же вон как повезло…

И стоило мне лишь закончить эту фразу, как в кармане завибрировал телефон.

— Извини, это важно, — я встал из-за стола, отошёл на пару шагов и ответил на вызов. — Да, Михаил Михайлович?

— Сергей Романыч, танцуй! Пой, пляши, запускай фейерверки!

— Хорошие новости?

— О да!

— И что же случилось?

— А случилось то, что мы с тобой сразу же взяли самую крупную рыбину из всех возможных. Угадай, как зовут помощницу нашего мэра?

— И как же?

— Господа совсем не стесняются, — хохотнул Панкратов. — Крыскина её зовут. Лариса Сергеевна Крыскина…