Едва мы пережили крестины, как наступил мой день рождения.

Я не собирался его отмечать широко — думал провести вечер в Захарово или, в крайнем случае, в Вязёмах у Голицыных.

Но на крещении Бориса дядя Катерины, Степан Степанович Апраксин, услышал, что место для праздника ещё не выбрано, и тут же объявил:

— Значит, так и быть! Князь Ганнибал-Пушкин даёт бал в моём доме на Знаменке, в честь своего двадцатилетия!

Я даже опешил.

И к моему удивлению и глубокому облегчению — все организационные вопросы Апраксин взял на себя целиком.

Когда я попробовал возместить хотя бы часть расходов, он лишь хмыкнул и похлопал себя по карману:

— Александр Сергеевич, у меня тут всё есть. А если чего нет — найду. Только не порть мне праздник своим кошельком.

Я хотел было сформировать для его людей Перлы Света, чтобы украсить бал и в дальнейшем его театр. Оказалось, что всё это у Катиного дяди уже имеется.

Он даже стал одним из первых дворян, кто на своих балах использовал зеркальные шары, изготовленные в Нижнем Новгороде.

В итоге мой день рождения не отразился на моём бюджете.

Единственное, что согласился принять Апраксин — два Перла Здоровья, которые я изготовил для него и его супруги.

Через несколько дней после праздника меня, тестя и Бетанкура вызвали в Царское Село.

Там Император высказал мнение о необходимости увеличить количество рейсов СВП на маршруте Москва — Санкт-Петербург.

Было также рекомендовано открыть новый маршрут — от Москвы до Нижнего Новгорода, а в перспективе и до Казани.

Другими словами, нам прямо сказали: господа, русла рек — к вашим услугам. Проводите свою экспансию.

Тесть занялся постройкой вокзала в Москве, Бетанкур — в Нижнем и Петербурге.

Меня, как пока ещё не имеющего большого веса в этих городах, оставили в покое.

Правда, некоторое время спустя меня попросили присутствовать на открытии нового вокзала в Нижнем Новгороде и отправлении первого пассажирского СВП в Москву.

Но мне и самому потребовалось побывать на Волге — на Нижегородской губернии у меня много завязано.

Возьмём хотя бы бывшую мастерскую паровых двигателей.

При Степане Васильевиче Литвинове она превратилась в небольшой завод и до сих пор расширяется.

А всё началось с того, что мы отправили несколько паровых двигателей Демидовым в Ревду.

С тех пор у конторы завода образовалась очередь из желающих получить такие же двигатели или даже мощнее.

Открытие пристани и вокзала в Нижнем было обставлено с помпой.

Обязательным был и визит представителей епархии.

Как же иначе начинать благое дело, не окропив святой водой новые постройки, судно и всех присутствующих?