Все шестеро оказались внизу едва ли не быстрее, чем их повелительница, воспользовавшаяся пространственной магией.

— Разбирайте ножи, — попаданка достала по одному и вручила каждому по стандартному тесаку, какими обычно вооружались матросы, — Канат оставляйте здесь и пошли.

Малк перед спуском завязал интересный узел — Вика поставила себе зарубку научиться делать такой же — который наверху развязался после нескольких манипуляций и подёргиваний, и теперь верёвка лежала у подножия стены — ров вокруг королевской резиденции был засыпан очень давно.

— Дальше куда, госпожа? — спросил Фердинг.

— Туда, где вас ждёт строгое наказание, — глядя на радостно-восторженные лица дебоширов, Вике захотелось испортить им немного настроение, но, кажется, не очень получилось, — Бежим в проулок левее здания Торговой гильдии. Видишь, где чучело медведя под лампой у входа? Да, про быка почему-то забыли.

Моряки трусцой побежали в указанном направлении, сбившись в кучку.

— Повелительница, — покрутив головой, не зная, где находится Вика, позвал на ходу юнга, — А про какого быка забыли?

— Под ноги и по сторонам гляди, — ответила попаданка, — Через припортовые трущобы предстоит двигаться, а там… понимать должен.

Не объяснять же, и в самом деле, пареньку про борьбу быков и медведей на биржевых площадках? К тому же, до тех времён, когда на смену меняльным конторам придут торги финансовыми инструментами — акциями, облигациями, деривативами, фьючерсами и прочим — даже она, с её намечающимся долголетием, не доживёт. Если, конечно, шустрый землячок не подсуетится и не придумает биржи, она-то точно такой ерундой заниматься не собирается.

Сказать, что Вика накаркала, когда напомнила юнге об опасности традиционно бандитского района в любом портовом городе, не скажешь. И без её слов шансы нарваться ночью на грабителей были очень высоки. Для многих голодранцев иных способов прокормиться, кроме как обобрать прохожих, и не имелось.

— Впереди засада, — предупредила попаданка, — Четырнадцать человек. Шагов сто до них. Действуйте без меня, герои.

Естественно, бросать своих людей без прикрытия она вовсе не собиралась, но и непосредственно участвовать в резне в её планы не входило.

Местные гопники, имея более, чем двукратное численное превосходство над намеченными жертвами, решить дело миром даже не стали пытаться. Никто не перекрывал дорогу со словами: " жизнь или кошелёк». Нет, напали молча, подло, хотя и не из-за угла, а сразу с пяти проулков, едва только моряки вышли к крохотной площади, посреди которой находился высокий каменный колодец с «журавлём».