Дальновидение, конечно, позволяло Вике выводить беглецов, минуя караульных и страдающих бессонницей обитателей королевского замка, но устраивать слалом ей совсем не хотелось.

— Нагнись над перильцами, Гурая, — в ближайшей к попаданке беседке какой-то разодетый, как павлин, сановник с возбуждённым придыханием задирал юбку прилично одетой не очень молодой женщине, — И не оглядывайся, нет его. Напился так, что на плечах рабов еле ушёл.

«Тьфу, срамота!», — Вика отошла подальше от любовной парочки и отключила на время обострённое восприятие. Похоже, что Рейв-Кан решил посоревноваться со средневековым Версалем в разврате — в других беседках тоже не дела обсуждали и не сети заговоров плели. Тень даже подумала подождать в подземелье, пока королевский двор угомонится, но дышать тюремными миазмами ей не хотелось ещё больше.

Она нашла возле одной из парковых аллей небольшую скамейку, где смогла прислонить попу, и просидела там почти полтора-два гонга.

Наконец, народ угомонился и начал расходиться по своим комнатам и апартаментам во дворце. Оставались ещё самые неугомонные, решившие, видимо, встретить утро в парке, но, к счастью, не так много и не на пути от выхода из подземелий до стены. Попаданка покинула скамейку и пошла приступать к делу.

Тюремщики, оба, сладко дрыхли, наполняя воздух ароматами перегара изо ртов и пота с дерьмом от, как будто бы, никогда не мытых тел. Как на это смотрят король, дознаватели и другие посетители? На свой вопрос Вика тут же себе и ответила — в общем тюремном амбре на вонючек-надзирателей можно и не обращать внимания.

В их комнате находился ещё один персонаж — такой же пожилой и увечный помощник-раб — который, в отличие от своих начальников, бодрствовал и, стараясь делать это бесшумно, тянул с расположенного по центру стола остатки явств.

Набрав немного овощей, приличную краюху хлеба, он осмотрел два кувшина и с разочарованием на лице оставил их на месте.

Очень осторожно он медленно подошёл к двери, погасил фонарь и вышел в коридор.

Свидетель попаданке был не нужен, поэтому, она Прыжком переместилась к камере с моряками «Чайки», вытащила запирающий дверь брус, также мгновенно вернулась к рабу и точно ударила его увесистым запором по затылку.

Спасибо Сущности, давшей Вике не только умения убивать, но и лишать людей сознания без смертоубийства. Её удар был филигранно выверен и гарантировал помощнику тюремщиков не менее четырёх-пяти гонгов полного беспамятства.

Наутро пусть гадают, кто забыл задвинуть засов, которым получил по голове единственный, кто мог поднять тревогу.