Николай подошел к ребятам и передал системный блок. Пацану помогли все отнести к столу и подключить. Когда загорелся монитор ботаник уже стучал пальцами по клавишам и кликал мышкой. Несколько раз поправил очки.

— Э-эти д-данные з-защищены, — пролепетал он. — Взлом? Это же не законно.

— Сёма, — повернулась Шальная — не нервируй меня. Кто тебя вытащил из той передряги?

— В-в-в-ы-ы-ы. — проглотил пацан и тут же застучал пальцами.

— Какой умница. Голова. Редкий специалист, — дала оценку очкарику женщина. — Плохо, что у него слабость ко взломам всяких систем. Но ничего я с ним еще поработаю. Мы договорились на пятьдесят на пятьдесят? — вкрадчиво поинтересовалась Шальная.

Я медленно повернулся к ней:

— Нет.

— Ну что ты… — она игриво провела пальцем по моему плечу. — Ты только что заработал целое состояние на усадьбе Осокиных. Неужели жалко сто десять тысяч красивой женщине? К тому же партнёру?

— Изольда, — произнёс я, глядя ей в глаза. — А ты тут причём?

Она вздрогнула от моего тона. Улыбка медленно сползла с её лица, когда она встретилась с моим холодным взглядом.

— Территорию я тебе подарил. Вопрос с Черепом решил. Где твоя работа?

Она открыла рот, но я продолжил:

— Правильно, пока ничего нет. А ты уже хочешь мои деньги. Ты получишь лишь то, о чём договаривались. И мой тебе совет — не считай чужое.

В воздухе повисло напряжение. Гвардейцы у стен незаметно положили руки на оружие.

Шальная вдруг расхохоталась, разряжая обстановку:

— Попытка не пытка!

«Точно Гера», — подумал я. — «Такая же хитрая и коварная. Своего не упустит».

* * *

Князь Огонь-Догоновский и Граф Уваров-Орлов.

Ресторан «Эрмитаж» дышал роскошью старого Петербурга. Темные дубовые панели на стенах, тяжёлые бархатные портьеры, хрустальные люстры под лепным потолком. В углу негромко играло фортепиано. Пианист исполнял, что-то из классики.

Князь Василий Сергеевич Огонь-Догоновский сидел за отгороженным от посторонних глаз столиком у затемнённого окна, и небрежно покачивал в ладонях бокал с коньяком. Его военная выправка никуда не делась даже в расслабленной позе. Глаза цепко следили за Дмитрием Юрьевичем Уваровым-Орловым, который как раз промокнул губы белоснежной салфеткой.

Официант бесшумно забрал тарелки после горячего. На скатерти остались только бокалы и ваза с живыми цветами.

— Ты решил поиграть со мной? — голос князя прозвучал негромко, но в нем явственно слышался металл.

Дмитрий Юрьевич поднял брови. Его полное лицо приняло удивленное выражение, но глаза оставались холодными и расчетливыми.

— Что? О чем вы? — он слегка подался вперед, всем своим видом изображая недоумение.