Может, это знак? Намёк, что пора отступить? Нет. Слишком много поставлено на карту. Если Орлов доберётся до наследства, всё рухнет. Годы интриг, тщательно выстроенные связи — всё пойдёт прахом.
Огонь-Догоновский поставил пустой бокал на поднос проходящего мимо лакея. Пальцы чуть дрогнули, выдавая внутреннее напряжение. Он тут же сжал руку в кулак, пряча эту слабость.
В другом конце зала Бестужев о чем-то оживлённо беседовал с генеральным прокурором. Его громкий смех разносился над головами гостей. Показалось, или он бросил быстрый взгляд в сторону Огонь-Догоновского?
Нет, нельзя поддаваться паранойе. Нужно действовать хладнокровно. Для начала выяснить, что случилось с наёмниками. Потом найти другой способ избавиться от мальчишки. Чище, надёжнее.
Он оглядел зал новым взглядом. Среди гостей было немало должников его рода. Тех, кто многим обязан его поддержке. Пришло время напомнить о старых услугах.
План начал складываться в голове. Да, так будет лучше.
Музыканты заиграли новый вальс. Огонь-Догоновский направился к супруге, чтобы пригласить её на танец. Внешне он оставался безупречно спокоен. Никто не мог заподозрить, что под маской светского льва скрывается загнанный в угол хищник, готовящийся к решающему прыжку.
Орлов ещё пожалеет, что выжил сегодня. Это была только первая попытка. Будут и другие. Мальчишка не знает, во что ввязался. А когда поймёт — будет слишком поздно.
Глава 4
Женщина вышла из тени. Свет отразился от больших, почти на половину лица круглых очков. Они притянули внимание, отвлекли от носа. Даже, не то, что носа, а шнобеля.
Огромный, с заметной горбинкой, нос клювом нависал над довольно пухлыми, даже чувственными губами.
Лицо у женщины было вытянутым, слегка зауженным книзу. Русые волосы обрамляли его. Струились ниже плеч шёлковым потоком. Они буквально лоснились от ухода и чуть ли не сверкали на свету. К ним так и хотелось прикоснуться.
Поразительно, но очки оказались тем самым нюансом, тем самым необходимым аксессуаром, просто жизненно необходимым, который превращал Шальную графиню, если не в красавицу, то в довольно миловидную девушку.
Уверен, без очков она превращалась в грифа или коршуна, но с ними — взгляд так и соскальзывал со шнобеля, не мог на нём сфокусироваться, отчего остальные, правильные черты лица обретали чёткость.
— Вы не ошиблись мероприятием, — я сморгнул, чтобы снять странное наваждение, никакой магии не чувствовалось. Видимо, это был тот редкий случай, когда стиль решал все вопросы, связанные с внешностью. — У меня тут деловые переговоры намечаются, а вы стволами в нас тычете.