Его брови поползли вверх. Пальцы, перебиравшие страницы, замерли. Он несколько раз перечитал текст, словно не веря своим глазам.

— Очень, просто очень большой лот, — управляющий откинулся в кресле, и снял очки. Кожа отозвалась протяжным скрипом. — Вызовет много жарких споров и ставок.

Я недоверчиво приподнял бровь. Станислав Петрович подался вперед, опершись локтями о стол:

— Вы даже не представляете, граф. Два года мира, никаких войн между родами. Трофеев тоже нет. А тут — огромная усадьба, — его глаза азартно блеснули. — Это станет венцом предстоящих торгов.

Он потянулся к звонку на столе. Через минуту секретарша внесла папку с документами.

— Вот здесь и здесь, прошу подписать, — Станислав Петрович раскладывал бумаги веером. — Доверенность и согласие на продажу. Всего десять процентов от итоговой суммы. Очень выгодные условия.

Я размашисто расписался в указанных местах. Управляющий, аккуратно разглаживая каждый лист, бережно собрал документы.

— Всё будет в лучшем виде, — он спрятал бумаги в сейф за собой. — Нам только нужны реквизиты для перевода средств.

— Я или мой слуга, — кивнул на молчавшего всё это время Колю, — завезём позже.

* * *

Вот это я понимаю сервис и качество обслуживания. Не зря один из самых крупных аукционных домов в Петербурге. Десять процентов не самая большая цена за услуги. Пришел, подписал и получил перевод на свой счет.

В машине Николай не выдержал:

— Кирилл, не знал, что у тебя имеется собственность в этом городе.

— Я тоже, — хмыкнул в ответ.

Мы уже выезжали из Питера. Промзона Сиятельска надвинулась рядами серых коробок цехов и складов буквально через полчаса. Разбитая дорога петляла между ними, заставляя Колю лавировать между выбоинами. Ржавые ворота предприятий сменяли друг друга.

— Здесь, — я указал на приземистый ангар.

Серый металл стен покрывала коррозия. Выбитые окна под крышей щерились осколками стёкол. У входа громоздилась куча строительного мусора.

Местечко так себе. И тут со мной собрались дела делать?

Потянулся к эфиру. Магия заструилась по каналам. Заклинание разведчик не показало угрозы, но что-то царапало на краю сознания. Странное ощущение. Словно кто-то накинул полог.

— Останься в машине, — бросил я Коле.

— Нет, господин. — он открыл свою дверь. — Я не отпущу вас одного.

Спорить не стал. Мы двинулись к обшарпанной двери. Петли натужно заскрипели.

Внутри царил полумрак. Тусклые лампы под потолком едва разгоняли темноту. Пахло машинным маслом и пылью. Пустые стеллажи тянулись вдоль стен, отбрасывая причудливые тени.

Мы прошли в центр помещения. За спиной лязгнула дверь.