— Что же плохого в домах и детях? — спросил Фэб.

— Знаешь… у Аарн есть такой термин — пашу, — Ри вздохнул.

— Этот термин присутствует в Сонме, он появился из санскрита, — пожал плечами Фэб. — При чем тут мы?

— При том, что вы при любом удобном случае замыкаетесь внутри своей семьи, и забываете о том, что другим тоже может быть больно! — рявкнул, теряя терпение, Ри. — Есть вы, и только вы — и никого вокруг.

— А вот теперь лжешь ты, — голос Фэба потяжелел. — Никогда нам не было всё равно, и никогда мы не думали и не делали такого, о чем ты сказал! Особенно с учетом той специальности, которую мы практиковали в последние десятилетия! Убитые тобой Ит и Скрипач спасли тысячи жизней, тебе ли об этом не знать?! Как ты смеешь говорить такое?

— Я говорил не об этом, — покачал головой Ри. — Да, лечить — это благородное занятие, но это капля в море, если сравнивать с истинными задачами, с истинными целями, потому что речь идет о совершенно других величинах. Лечить, знаешь ли, могут и пашу. Что, не так? И потом, чем вы были заняты на протяжении последних лет, которые мы жили на Терре-ноль? Кого и зачем вы лечили? Я тебе расскажу, если ты забыл. Партийных бонз, элиту — ради того, чтобы купит дочерям квартиры… которые им не пригодились в результате. Мелочный, меркантильный подход. Лечили они… скажешь тоже…

— Обстоятельства… — начал было Фэб, но Ри его тут же перебил:

— Какие обстоятельства? — с горечью спросил он. — Те, которые вы своими руками сами же и создали? Да, это тоже было в вашем стиле — сделать себе проблему, а потом кидать все силы на её решение. Верно, верно, не поспоришь.

— Расстрел в портале тоже был созданным нами самими обстоятельством? — безучастно спросил Фэб. — Или операция «Азимут»? Не слишком ли много ты на нас перекладываешь?

К ним подошла Берта, села рядом с Фэбом. Места на лавочке под навесом было немного, поэтому Фэбу пришлось слегка подвинуться — в сторону Ри. Берта заметила это, и тут же встала. Фэб покачал головой: не надо мол, всё в порядке.

— Знаешь, Ри, как свиноматка и пашу могу сказать тебе следующее, — начала Берта. — У тебя что-то случилось с глазами, да и с памятью тоже. Потому что глаза твои ловко перестали видеть вашу роскошную квартиру в Питере, а память не менее ловко позабыла о двоих сыновьях. Да и о том, что ради этих сыновей ты гнездился… какое паршивое слово, а?.. так вот, ты гнездился не менее успешно, чем это делали мы.

— И это было ошибкой, — тут же ответил Ри. — Мальчишки прекрасно могли бы вырасти и в другом месте. Или местах. И… я вынужден признать, что на пользу им та юность, что получилась, не пошла. Отнюдь. Скорее, она была во вред, потому что они успели набраться всей этой мелочевки, которая в дальнейшем им будет только мешать.