— А так можно?

Она слегка улыбнулась.

— Можно.

Я закрыл глаза, и мир рассыпался на привычные серые тона. Уложив свою руку на голову Ворона, я посмотрел на его отливающую бордовыми оттенками психею и попытался вонзиться в душу.

Контакт с разумом Игната Ворона оказался похож на удар о бетонную стену. Если психея Волкова напоминала бурлящий от паники котел, крышку которого срывало паром страха, то здесь меня встретила ледяная, сконцентрированная тьма.

Его ментальный барьер ощущался плотным, вязким и черным, словно гудрон. Ворон не паниковал, полноценно встав в оборону. Осознанно, жестко, с профессионализмом человека, который всю жизнь скрывал свои тайны и был готов унести их в могилу. Я почувствовал, как моя собственная энергия, и без того истощенная, расплескивается об эту защиту, не в силах найти ни единой трещины.

Слишком крепкий. Моих остатков не хватит. Я просто выжгу себя изнутри, если попытаюсь пробиться, и свалюсь прямо здесь в кому.

Стиснув зубы, я почувствовал, как по спине течет холодный пот. В висках застучало.

Рука Шаи крепче сжала мою ладонь.

Это не было похоже на переливание крови или электрический разряд. Это было… словно в пересохшее русло реки внезапно хлынул горный поток. Чистая, вибрирующая, чужая, но совместимая сила. Энергия эльфийки вливалась в меня, заполняя пустые резервуары, вымывая усталость и боль. Она была другой на вкус — более легкой, светлой, с привкусом чего-то древнего и лесного, но мой организм, жадный до ресурсов, принял ее без возражений.

— Спасибо, — прошептал я одними губами.

Теперь полный вперед.

Я сгруппировал эту заемную силу, скрутил ее в тугой жгут, превращая в таран, и ударил.

Ментальный удар был страшным. Я почувствовал, как дрогнул его разум, как по черному гудрону пошли трещины. Ворон зарычал в реальности, дернувшись на стуле, но я уже был внутри, разрывая его оборону.

Панцирь лопнул.

Меня затянуло внутрь. Темнота взорвалась калейдоскопом образов. Это было не беспорядочное мелькание, как у Волкова, а четко структурированный архив преступника высокого полета.

Я видел карты. Десятки, сотни карт. Тайные тропы через границы, о которых не знали пограничники. Подземные туннели, старые, заброшенные коллекторы, ведущие из Польши, из Азии, с закрытых территорий. Я видел схемы движения грузов — сложные, многоступенчатые, с перегрузками в нейтральных водах и сбросами с малой авиации в глухой тайге.

Я видел лица. Заказчики. Чиновники, прячущие глаза. Аристократы, жаждущие запретных удовольствий. Коллекционеры, готовые платить любые деньги за вещи, пропитанные кровью.